ИСТИНА

И Борис знал, почему вдруг начальство вспомнило о них. Никитин тем самым назначил его ответственным за товарища, лежащего в госпитале.

Заснул Борис рано, погулял с Кузьмой и лег спать."

"Телефонный звонок разбудил его, и по привычке Борис начал хлопать ладонью по полу. Дома телефон на длинном шнуре всегда стоял у него рядом с кроватью. Звонки были длинными и частыми, так обычно вызывает межгород. Звонил телефон, недовольно лаял Кузя, наконец Борис добрался до аппарата и снял трубку.

— Алло.

— Ты спишь? — отчетливо, словно из соседней комнаты, сказала женщина.

«Как ее зовут?» — подумал Прохоров и вспомнил.

— Это Лена?

— Да, — с недоумением ответили на другом конце провода.

— Лена, это Борис, товарищ Олега, он выехал на два дня и попросил меня встретить вас.

— А куда он уехал?

— Я вам расскажу при встрече.

— Хорошо. Я прилетаю утренним рейсом завтра.

— Я буду ждать вас с машиной.

— А как я вас узнаю?

— По букету и милицейской форме.

— Жаль, что там не будет никого из моих знакомых.

Утром Борис пришел в управление, разыскал Леню Сытина.

— Леня, нужны цветы.

— Понял, через двадцать минут будут.

Начальник политотдела разрешил взять машину, и он поехал в аэропорт.

Лену он узнал сразу. Именно такой он представлял себе ее по рассказам Олега. Девушка спросила, когда вернется Олег, но Борис сделал вид, что не расслышал вопроса, мучительно обдумывая, как сказать ей о несчастье. Его опередил водитель.

— Товарищ капитан, — спросил он, — сразу в больницу едем? Полковник Шишканов звонил, сказал, майору Наумову лучше.

— Какая больница? — упавшим голосом спросила девушка.

— Он ранен, Лена, — тяжело вздохнул Прохоров. — Такая работа…

До Москвы Лена не проронила ни слова, думая о странностях судьбы, о том, что за счастьем всегда идет горе, и еще о том, что, уже разговаривая по телефону с чужим человеком, она почувствовала что-то неладное.

«А, собственно, — спрашивал ее чей-то спокойный, рассудительный голос, — кто он тебе, этот Олег? Встретились в Таллине, увлеклась.

А действительно, что? Сейчас она обязана принять решение. Именно сейчас, когда машина въехала в Москву. Госпиталь — это прежде всего обязательство, это некая связь с другим человеком.

Нет, Лена не была злой. Она жила просто и легко.