Одинаковые. Том 4. Претория

За спиной слышались звуки обрушения колонн, поддерживающих своды первого зала — того самого, с наскальной живописью.

— Что за шизофреники были эти древние, если организовали такую систему? Чувствую себя теперь долбанным Индианой Джонсом! — подумал я и хохотнул.

Заржали мы с Никитой вместе, и, хотя расстояние между нами уже было приличным, что-то около 30 метров, но эхо нашего смеха синхронно отразившись от стен забегало по пещере с какими-то зловещими переливами.

— Б-р-р-р… — Я передёрнул плечами.

Наружу выбрались запыхавшись, веселье ещё то оказалось! Томи, наш проводник из Кимберли, ждал снаружи вместе с оставшейся частью отряда, которая не спускалась в эти грёбаные катакомбы.

Слава Богу, никто в этой сумасбродной операции не пострадал. И вообще, с каждой новой находкой я задаю себе вопрос: — На кой-чёрт нам с братьями всё это нужно? Как будто у нас других дел нет, кроме как мотаться в поисках этих чёртовых хранилищ. Как коллекцию собирая непонятные диски с неизвестными письменами.

Сидя на привале и отдыхая после напряжённого забега по катакомбам, мы с братом размышляли по поводу артефактов, что попали в наши руки. Выходит, сейчас у нас есть три диска, собранные с разных концов света, и чёткое понимание, что на них может находиться какая-то очень важная информация, что имеет шансы поменять многие расклады в нашем мире, в мире, в котором мы очутились волею судьбы.

Похоже, придётся воспользоваться помощью кого-то из знающих людей. Всё-таки мы ни хрена не археологи, копатели и исследователи, а по большому счёту просто обычные солдаты ну и немного авантюристы. И ждать от нас фундаментальных открытий на сей счёт, наверное, немного глупо.

Остаётся лишь определиться, кто бы мог нам помочь.

Мы с Никитой, опять войдя в режим Горыныча, стали перебирать известные нам фамилии историков, разбирающихся и в археологии, и вообще способных каким-то образом подсказать и приблизить нас к разгадке этой тайны.