Испытание любовью

Он ничего не понял, ни на йоту не изменился. Влад нуждался в ней и требовал ее, не утруждая себя тем, что чувствует Леся, просто переступив, оставив в прошлом то, как обидел ее. Он всегда получал желаемое, и сейчас не понимал разницы. Не хотел видеть, что и она, Леся -- живой человек со своим правом и взглядом на то, что правильно, а что -- ошибка. И не хотела повторять того, от чего сердце до сих пор не оправилось.

Как ее угораздило полюбить такого человека? Этого не понимала ни она, никто вокруг, ни сам Влад, кажется.

Для него ее любовь была диковинкой, наверное. Он никогда и не от кого не требовал любви или привязанности, просто не нуждался в чем-то подобном. Преданности, полной самоотдачи -- да, требовал. А Леся, дура наивная, взяла и полюбила его. Да так, что до сих пор не смогла выбраться из этой вязкой трясины."

"Поняв, что не справляется, Леся резко вывернула руль, не обратив никакого внимания на раздраженные сигналы других водителей, и припарковалась у обочины.

Какая уж тут дорога, когда за пеленой слез ничего не видно? Как можно сосредоточиться на чем-то, если тело еще дрожит от потребности в нем, а губы, кожа горят, желая вновь ощутить ласки Влада?

Проклиная этого человека, Леся с силой ударила по рулю, но добилась только того, что задела кнопку сигнала и резкий звук клаксона прорезал тишину салона.

- Дура, - со злостью прошептала она, откинувшись, и уперлась затылком в подголовник. - Нужна ему. - Леся хмыкнула. - Конечно нужна, пока Владу снова что-то в голову не стукнет.

Это сейчас ему трудно, и надо, чтобы рядом кто-то был. А кто кроме меня хоть раз его вытерпел?! А потом, все успокоится, и он снова попрет напролом неясно к какой цели, а я буду помехой?!

Она все это знала. И все-таки повторяла самой себе вслух, чтобы лучше врезалось в память.

Влад не заслужил прощения. Он даже не попросил его. Так на что он надеется? На свой напор? Не дождется!

Приняв такое решение, она вытерла слезы салфеткой и продолжила путь.

Но все-таки, под конец дня, Леся поняла, что зря приехала на канал. За несколько часов она успела поругаться с Борисом Андреевичем, который, зная о ее отношениях с Захарченко, не предупредил Лесю о репортаже. Редактор защищался, указывая, что они только освещали события и ни горсовету, ни Захарченко придираться не к чему. Но Леся, слишком много получившая за этот репортаж, оказалась не склонна к мирному урегулированию.