Империя Страсти (ЛП)

Эта проститутка солгала, чтобы ты почувствовала себя одинокой. Ты была моей лучшей подругой, и я бы тебя не продала. Я пыталась поговорить с тобой, но во время беременности тебя держали под домашним арестом, а за твоим домом присматривали бандиты. Я приходила в больницу после родов, но ты была слишком ошеломлена, чтобы понять, что я рядом. После этого ты исчезла.

У меня пересохло в горле, когда я прошептала:

— Я сбежала.

— Знаю. Я искала тебя и оставляла банальные фразы своей помадой на зеркалах в ванной, надеясь, что ты их увидишь.

— Ты искала?

— Почему ты выглядишь такой удивленной? Конечно, я искала. Я писала: «Ты моя лучшая подруга, позвони мне». «Мне жаль, что ты потеряла своего ребенка, никто не заслуживает этого. Я здесь ради тебя. Пожалуйста, не уходи. Ты мой самый близкий человек». Но ты все равно меня бросила.

Мои губы размыкаются, и эти глупые эмоции теперь бьются о поверхность сердца.

Я прочищаю горло.

— Я не видела их. Я уехала из штата.

— Так я и подумала. — она поднимает плечо.

— По поводу?

— Что твой ребенок родился мертвым. Я знаю, что ты хотела малыша, хотя сама была ребенком.

— Она не родилась мертвой.

— Ч-что?

— Они солгали, проститутка и алкоголик, как ты их называла. Они подсунули мне в руки мертворожденную и заставили подумать, что это моя дочь, а мою настоящую дочь отправили к ее отцу.

— О Боже, они нашли его?

Я киваю.

— Несмотря на то, что мы искали его несколько недель и не могли?

— Да. Они могли бы получить помощь со стороны.

— Конечно, нет. Я лучше утону в дерьме, чем настучу этой шлюхе.

Я нахмурилась. Я была уверена, что это Кэролайн скрыла от меня личность Кингсли, но при этом рассказала тете и дяде. Но если это была не она, тогда кто?

— Значит ли это, что ты теперь нашла свою дочь? — с надеждой спросила она, придвигаясь ближе.

— Нашла. Но она все еще не считает меня матерью.

— Ох, она посчитает, когда получит по ушам от тети Кэролайн.

— Нет, Кэлли. Наши отношения и так хрупкие.

— Ты хрупкая, потому что ты, как обычно, глупо осторожничаешь. — она ухмыляется.

— Осторожность это ум, а не глупость. И перестань улыбаться как идиотка.

— Что? Ты снова назвала меня Кэлли.

— Неважно, — говорю я бесстрастно, но не могу удержаться от улыбки.

Кэролайн тоже улыбается, и мы продолжаем разговаривать в течение часа, затем обедаем вместе, прежде чем окончательно расходимся, потому что мне нужно встретиться с клиентом.