Империя Страсти (ЛП)

Аспен шипит, выталкивая языком мои пальцы из своего рта. Я покрываю их своей спермой, затем снова вставляю их между ее губами, заставляя ее сосать их, будто это ее любимое мороженое.

— Хорошая девочка, — бормочу я, чувство собственничества захватывает меня с головой.

Я всегда думал, что смогу ужиться только с женщиной, которая стоит на коленях в спальне и за ее пределами. У меня была политика нетерпимости ко всему, что шло вразрез со мной.

Но эта ведьма заставила меня прыгнуть в вулкан головой вперед только потому, что она находится в самом его центре.

Я бы, наверное, тоже наслаждался каждым ожогом.

Вот почему она ни за что на свете не уйдет. Есть что-то мощное в том, чтобы владеть такой непокорной женщиной, как Аспен. Я не то, чтобы приручаю ее, но заставляю ее подчиняться мне, когда мое тело говорит с ее телом. У меня на руках огненный шар, и я не могу дождаться, что она придумает дальше.

Она снова выплевывает мои пальцы, ее глаза наполняются слезами, когда она выпрямляется на очень шатких ногах, которым я бы на ее месте не доверил устоять на ногах.

Конечно, она упирается в меня, и я хватаю ее за талию.

— Вот так, полегче.

Аспен с трудом отстраняется от меня, упираясь обеими руками в машину, чтобы удержаться на ногах.

Она задыхается, ее веки блестят, а лицо красное.

— Кто я для тебя, Кингсли?

— Что за внезапный вопрос?

— Ответь мне.

Ее голос дрогнул, и она сглотнула.

— Ты моя, Аспен. Вот кто ты.

— Что это значит?

— Это значит, что я единственный мужчина, который имеет право прикасаться к тебе.

Ее губы дрожат, и слеза скатывается по щеке.

— Пошел ты.

Это низкий тон, почти сломанный, но я не успеваю сосредоточиться на этом, как она отпихивает меня, хватает альбом с земли и бросается к водительской стороне своей машины.

Она быстро уезжает, звук гравия, хрустящего под шинами, эхом разносится в воздухе.

Все, что у меня осталось, это вопросы, замешательство и чертовски неприятные ощущения в груди.

Глава 28

Аспен

Слезы не перестают заливать мое лицо еще долго после того, как я окажусь в своей квартире, свернувшись калачиком в постели и умоляя о сне.

Моя задница горит, киска болит, и все тело в огне.

Но ничто из этого не сравнится с сокрушительной болью в груди.

Я сказала себе, что через некоторое время остыну, соберусь с силами и двинусь дальше, но прошло уже несколько часов, а улучшений не заметно.