И пришел Лесник! 16 (S-T-I-K-S)

— Тоже хочешь? Сифону понравилось.

— Ты чё, сявка… — коренастый шагнул ко мне и тут же застыл.

— Слышь, чудила с Нижнего Тагила. Не по масти тянешь, — ко мне подошёл Сиплый, на нём вообще не было живого места от наколок. Крепыш с опаской взглянул на Сиплого, особенно он задержался взглядом на перстне с белой короной и тремя солнечными лучами и сглотнул ком в горле.

— Это наш кореш был, — уже тише сообщил коренастый.

— Да чего ты с ними базаришь, Квадрат? — второй передёрнул затвор калаша.

— В законе же, — пробормотал приземистый.

"

"— Это там н был в законе, а здесь его никто не короновал! Кончаем их и… — что он дальше собирался сделать никто не узнал. С костяшек пальцев Сиплого сорвались три кристаллических шипа. Каждый нашёл себе цель. Приземистый получил десятисантиметровое кристаллическое веретено точно в лоб. Оно пробило лобную кость как хлебный мякиш и вышло со стороны затылка. Зрачки его закатились, и он рухнул на пол. Несостоявшийся убийца поймал веретено ртом. И тоже недолго мучился. Третьему повезло меньше, снаряд Сиплого угодил ему в живот.

Он схватился за него руками и завопил как поросёнок. Помимо пробивающего действия кристаллические снаряды Сиплого имели ядовитый эффект убивая всё равно, даже едва коснувшись. Двое других не поняли, что произошло с первыми переговорщиками и инстинктивно схватились за оружие. Здесь уже успел я, чувствуя спиной как Вика аж подпрыгивает на месте с огромным желанием учудить что-нибудь эдакое. Но помнит мой приказ и ждёт. Два маленьких ярких шарика почти моментально прожгли громилу с обрезом. Он мне показался наиболее опасным. Пятого я оставил Вике, пусть девочка обретёт себя.

— Вика, твой! — прозвучало как команда «фас». Не зная весь спектр её воздействия, я надеялся, что она будет аккуратна, но ошибся. Девочка на нервах припечатала последнего негодяя сверху вниз огромным молотом. Вышло красиво. Голени торчали из плечей, а голова оказалась в костях таза. Но вот крови было очень много, гражданин практически лопнул от неизвестно откуда свалившегося от него пресса.

Кто-то вскрикнул от неожиданности, кто-то от радости и только Пышка сразу сориентировалась.

— Ничего, Вика. С кем не бывает, первый блин комом. Ха-ха! Сейчас всё уберём, — она кивнула ещё одной замарашке, и та взяла ведро с тряпкой.

— Вообще-то четвёртый, — ехидно заметил папаша Кац. — Пять негритят зашли пообедать, на голову им свалился домкрат. Вот и выносят вперёд ногами отряд негритят.

— Отче, да ты Пушкин прямо, — весело сказал Сиплый.