Город драконов. Книга седьмая

И мы видим все – мучения детей, мучение их родителей, и то, как сильные мужчины, способные с раной в боку пройти сотни миль, рыдают навзрыд, убивая своих детей. Так что… с оборотнями нам тоже лучше не связываться.

Мне вспомнился генерал ОрКоллин, его боль от потери была чудовищна.

– Поторопитесь, – внезапно приказал профессор Наруа.

Матушка поспешно отошла, все так же постарались оказаться как можно дальше и практически прижались к стенам, а вот Бетсалин, взявшись за сломанный кинжал обеими руками, напряглась, лицо ее побледнело, губы дрогнули, а после лицо утратило человеческое выражение, обретя нечто хищно-зловещее и девушка распахнула глаза.

У Ржавых драконов были удивительно красивые глаза – ярко-алые, с переходом к багровой радужке, и с черным круглым почти человеческим зрачком, но это был черный цвет с агатовым отливом. И я уже видела такие, в ту ночь, когда на лорда Арнела пытались воздействовать, едва не убив его кузину, но тогда взгляд был жестоким, пронизывающим время и пространство, но истинно жестоким, безжалостным, горящим ненавистью.

– Глаза ребенка, – пояснила для меня девушка. – Оказавшись в снежном буране, темном лесу или посреди ледяной степи, дети не могут объяснить, где они, не видя никаких ориентиров. И тогда глаза меняются, становятся видны издали… тогда нас могут найти и спасти.

Найти и спасти? Бетсалин в опасности? Бетси в опасности прямо сейчас?!

– Стой! – испуганно воскликнула я.

И я ухватилась за сломанное орудие, чье лезвие все равно оставалось острым и повредило мне ладонь. Алые капли потекли вниз, я испуганно отдернула руку, и в ужасе замерла, не ведая, что предпринять и как докричаться до Бетси. Кажется, я еще что-то говорила, даже умоляла, но, не слушая меня, девушка крепче сжала рукоять кинжала и мы словно провалились в пропасть, оплетенную множеством красновато-алых переплетений, напоминающих сильно изодранную световую паутину, не позволившую нам рухнуть на дно пропасти.

"Бетси начала читать какое-то заклинание, бормоча едва слышно, так что я не могла разобрать ни слова, но в попытке подняться я ухватилась за одно из плетений и на меня обрушилась лавина чужих воспоминаний, ощущений, сомнений, чувств, страхов, желаний… И молитв. Почему-то, я услышала одну из молитв.

«Не умирай… Не умирай… Не умирай»…

Слова ребенка.