Факультет брошенных жён. Попаданка в деле, старушка в теле! (СИ)

Я ещё никогда не видела сдержанную хитрую Купрье столь откровенно злой. Она кричала так, что могла слышать вся академия.

— Всё не так плохо, – как можно спокойнее начала я. – Гости не были против нашего присутствия на балу. Многие даже выразили нам почтение и пригласили на танец.

— Так, да?! – леди гневно усмехнулась. – Всё ещё думаете, что прикроетесь за принцем Дерренгом? Не в этот раз! Хоть у меня и нет доказательств, но я знаю, это вы усыпили нас с профессором Грендалин. И вы обе будете исключены! А следом за вами отправится каждая девушка, которая носит эти ваши, – она небрежно указала на галстук, – белые платки.

Вот тут стало страшновато. Я знала, что нас ждёт наказание. Была готова отрабатывать проступок. Но исключение всех?! Ранее мы хихикали и повторяли привычное студенческое: «Ну, десять человек не исключат». Однако леди была столь зла, что её слова казались более чем серьёзными.

Мы же никак не могли допустить исключения! Кафе лишь недавно открыто. Красный факультет только начал меняться!

— Это слишком жестоко, – честно выпалила я.

— О, да что ты? – Купрье уткнула руку в бок и нервно посмеялась. – Жестоко, Хель, будет, когда ты попадёшь в руки твоего отчима! Уж я уверена, король Борн за такую выходку накажет тебя со всей строгостью. Он к тебе с открытой душой, удочерил, а ты вот так плюнула в его репутацию!

— Давайте не будем говорить о моей семье. Сейчас речь не о ней. Если вы хотите кого-то наказать, накажите только меня. Я зачинщица всего этого. Не надо исключать других девочек.

— Хель берёт на себя вину, чтобы нас защитить, – резко встряла Корнелия. – Это мои наряды. И моя идея. Если кого и исключать, то меня. Но никак не моделей, которые решили лишь выступить в моих костюмах.

— Ах какие благородные! – зашипела Купрье, вскидывая руки. – Нет, даже не надейтесь, вы обе…

В дверь вдруг постучали.

— Не сейчас! – рявкнула леди.

Стук раздался вновь, дверь приоткрылась, и в кабинет заглянула молоденькая секретарша Купрье. Она боязливо произнесла:

— Простите, здесь господин Шанье.

Едва прозвучала фамилия, как атмосфера в кабинете переменилась. Купрье поправила причёску, выдохнула и успокоилась, а Корнелия вдруг побелела и выпучила глаза. Никогда не видела её такой.

— Пожалуйста, попроси господина Шанье немного подождать, – куда мягче и вежливее ответила леди, но вдруг дверь кто-то толкнул, и за спиной помощницы показался сам гость.

— Увы, дело не требует отлагательств!

Он широким шагом вошёл в кабинет.