Эпоха мёртвых. Москва

— Кстати, что по вашим обещаниям, по рыбхозяйствам? — спросил он у гостей.

— Начали работу, — ответил вместо военного Ларионов. — И на Селигере, и на Вышневолоцком море. Сразу не заработает, но через пару лет рыба в промобъёмах будет. А вообще, по-хорошему бы надо Вышневолоцкую водную систему восстановить, тогда водой до Питера можно будет добираться.

— Это что такое? — удивлённо спросил Бурко.

— Не знаете? — усмехнулся директор АЭС. — А ведь с семнадцатого века существует, с Петра ещё. Через Тверцу до Ладоги в Ладожский канал.

— Представляю, — подумав, ответил Бурко. — Хотя бы перевалка нефти и хлеба из Волги.

— Именно, — хлопнул широкой ладонью по столу Ларионов. — Весь транзит через нас. Вот вам ещё проект века, зэков не хватит.

— Зэков наловим, за это не волнуйтесь, — ответил Пасечник. — Потенциальных кандидатур хватает.

Совещание затянулось ещё часа на три, затем всех пригласили к столу, обедать.

— Ерёменко на связь выходил. Горький-16 практически в осаде, туда никто пока не прорывался. Но для перехвата у них всё готово, зэки весь юго-восток области контролируют.

— Между собой ещё не сцепились? — усмехнувшись, спросил Бурко.

— Пока нет, у них до этой стадии не дошло. Начнут боками толкаться, тогда и в глотки вцепятся. Но нам до них уже дела не будет.

— Дай-то Бог, дай-то Бог, — пробормотал Бурко. — Ладно, пойдём с гостями водку глушить, раз уж по-другому здесь не положено.

— Ещё вопросик, — притормозил его Пасечник. — Я штрафников на угольную шахту отправляю, Бабкин их послезавтра увезёт уголёк рубать. Что с семейством Братских будем делать?

— А что, много штрафников? — удивился Бурко.

— Да нет, — отмахнулся рукой безопасник. — Штрафников и нет вовсе, я к ним тех, кого на операциях против беспредельщиков отловили, присовокупил и всяких подобных, криминальный элемент. Но речь о наших с вами общих друзьях сейчас.

— А что тут думать? Туда же их, на уголь. И супруге уважаемой какую-нибудь работу пусть подберут, на сортировке, например, или что там с углём делать принято.