Эпоха мёртвых. Москва

Теперь-то не страшно, теперь он там запросто пролетит, а то, что живых людей в этом городке нет, так ему уже и на руку.

Маленькая нефтебаза охранялась серьёзно. Хамзат обратил внимание, что в её охране не было вездесущих братков в спортивных костюмах и разгрузках, которые они сделали своей чуть ли не униформой — только или недавние солдаты, или мужички, напоминающие милиционеров. И заправлял здесь самостоятельно Зять, а Самбист, судя по всему, в нефтяную торговлю не лез.

Распоряжался нефтебазой некто Дим Димыч — невысокий шустрый мужичок в очках, которого безотлучно сопровождал здоровый парень в омоновской форме.

Валера Зять их уже представил раньше, и появлению Хамзата Дим Димыч не удивился. Поздоровался за руку, ни секунды не задумавшись, объявил цену на бочку солярки, считая стоимость тары. Не продешевил ни капли, Хамзат мысленно даже скверно выругался, но промолчал, потому что выбора у него не было. Или бери, или езжай на другую заправку, где дешевле.

— У тебя постелить есть что-нибудь? — спросил Хамзат, задумчиво оглядывая светло-серое тканевое покрытие багажного отсека. — Испачкаю, и вонять будет.

— Вонять так и так будет, — пожал плечами продавец. — От самой бочки. А постелить… сейчас что-нибудь придумаю по старой дружбе. Пойдём в склад, пороюсь, а заодно и рассчитаешься.

Хамзат лишь кивнул и пошёл следом, на ходу вытаскивая из висящего в руке рюкзака пакет с оставшимся золотом. Осталось его не половина, правда, а намного больше — основную его часть он отсыпал в другое место, как раз перед тем, как идти искать машину.

На всякий случай.

— Слышь, Харя! — крикнул Дим Димыч какому-то алкоголического вида мужичку в телогрейке, сидевшему на старой покрышке в уголке склада. — Давай бери Раму, и бочку-двухсотку с солярой грузите в машину. Такую, чтобы не текла, выберите. Шевелись!

— Кого брать? — удивившись, переспросил Хамзат.

— А-а… — засмеялся Дим Димыч. — Это «кришнаиты» наши, Харя-Рама.

Этот вот, с красной мордой, Харя, а вот тот… — его палец ткнул в крупного парня с дебильным лицом, появившегося из подсобки, — этот Рама, соответственно. Видишь, здоровый какой?

Хамзат не очень хорошо понял, о чём идёт речь, но вежливо посмеялся. «Кришнаиты» взялись грузить бочку на тележку, а Дим Димыч уселся за стол, открыв журнал учета.

— Золотом, говоришь? — спросил он.

— Золотом, — коротко ответил Хамзат.