Экзо

Но когда Богослов отпустил ее, чтобы сесть за руль, она неожиданно обвисла у меня на плече. Мне нужны были свободные руки, и я положил ее на капот машины неподалеку.

– Как ты? – спросил я.

Лена молчала. Теперь вот действительно начинало темнеть, без всякого затмения. Я включил фонарь и посветил на ее лицо. Девушка резко зажмурилась и отвернулась.

Из уголка ее рта медленно потекла вязкая слюна.

– Богослов, – окликнул я. – Не помогло.

Он завел машину, вышел и встал рядом со мной.

– Конечно, эту дрянь я на ходу соображал.

– «Протокол Милуоки» тоже помогает редко. Тем более когда я эту шнягу на глазок смешивал.

Я посмотрел в самый уголок своего экрана-стекла, на котором услужливо тикал обратный отсчет. Пять с половиной минут.

– Ладно, – сказал Богослов и, распахнув на ней куртку, воткнул толстенную иглу прямо в сердце. Он выдавил содержимое раньше, чем девушка даже успела дернуться. Выдернул шприц и отбросил его в сторону.

– Грузимся. Я за рулем.

Лену выгнуло дугой через мгновение после того, как препарат попал внутрь. Ненадолго, я надеялся, что какие-то ощущения она испытывала очень недолго. Потом она замерла. Я даже не мог услышать ее дыхания.

Александр, сбросивший свой рюкзак около задней двери, кинулся мне помогать.

– Дверь багажную открой, – через плечо попросил он Богослова. – Там кнопка есть, слева от…

– Открыл, – прервал его мой напарник.

Мы затащили девушку в фургон, охранник, так и удержавшийся за нами, принял ее внутри.

Я забросил им вслед рюкзак Александра и бросился к пассажирскому сиденью, оставляя им возможность самостоятельно захлопнуть дверь.

– Если начнет шевелиться – выбросьте ее наружу, – сказал Богослов, чуть повернув голову назад. Потом, видимо разглядев выражение моего лица, поправился: – Ну, или попробуйте ее связать и заклеить чем-нибудь рот. Если зашевелится, конечно.

Я продолжал смотреть на напарника.

– …Что вряд ли, – решил добавить он. Я смотрел. – Ну ладно, вы там с ней побережней.

Когда мы вырулили со стоянки, уголок моего бронестекла показывал 5:15. Вокруг нас, с трудом поспевая за машиной, скакали «шалуны».

* * *О том, чтобы успеть до взрыва к больнице или хотя бы выйти из зоны поражения, не могло быть и речи.

Я понял это сразу, как только мы оказались на дороге.

Машины стояли везде. Брошенные, иногда еще припаркованные к обочине, но чаще оставленные прямо посреди дороги.