Развод с драконом. (не)желанная истинная (СИ)

И каждый раз я буду видеть, как новые пары входят в эти двери счастливыми, а выходят благословлёнными.

— Нет, — просипела я, чувствуя, как к горлу подкатывает тошнота от бессильной ярости. — Я не доставлю тебе такого удовольствия. И не надейся.

Можно было стоять и упиваться собственным несчастьем, а можно было взять себя в руки и начать действовать. И сначала надо было пересилить себя и зайти в чёртов особняк. Сделать вид, что я согласна играть по его правилам."

"У изящной калитки рядом с воротами на специальной подставке лежала свежая газета.

Прежде чем позвонить в колокольчик, я бросила взгляд на передовицу и замерла.

Это уже перебор.

С полосы на меня смотрел статный, невозмутимый Аррон. Рядом с ним — сияющая Дейдра с нежным румянцем на щеках. Моя замена прижималась к его руке, невольно демонстрируя потаённый страх, будто кто-то отнимет её счастье.

А внизу подпись, прошившая меня словно молния: «Боги даруют Его Светлости новый шанс.»

— Зашибись! — вырвалось у меня давно забытое любимое словечко из земного мира.

Леди Грэй поначалу театрально закатывала глаза и подносила к лицу нюхательную соль, будто невинный иномирный сленг терзал её слух, как расстроенная скрипка. — Новый шанс. Тогда почему же метка до сих пор на мне? Хоть и почти погасла?

Новый, за ногу тебя, шанс. Как будто я была всего лишь неудачной попыткой! Ошибкой судьбы, которую боги решили исправить.

В груди с громким звоном лопнула последняя струна жалости к себе и к прошлому. Вместо неё стремительно разливалась жгучая, как кипяток, ярость.

Я позвонила в колокольчик с такой силой, что он издал не мелодичный перезвон, а резкий, пронзительный звук. Будто хотела вырвать его с мясом!

Подхватив газету, я решительным шагом направилась к мусорному ящику неподалёку. Разорвала её пополам и затем ещё раз, превращая счастливые лица будущих новобрачных в мелкие клочки. Бросила их в мусор так, словно хоронила свои последние иллюзии.

С меня хватит!

К тому времени, как я вернулась к калитке, меня уже ожидали. Но не слуга и не улыбчивая или, наоборот, молчаливая экономка.

А строгая женщина в закрытом тёмно-сером платье с высоким воротником, чьи серебристые волосы были забраны в такой тугой пучок, что на лице разгладились морщины, а тонкие губы были сжаты в линию.

Мариэлла Бишоп. Личная горничная леди Вайноны Грэй смотрела на меня с брезгливостью, словно я была надоедливой букашкой.

— Вы запоздали, Элизабет, — сухо произнесла мисс Бишоп, с каким-то садистским удовольствием делая мне выговор.