Егерь. Системный зверолов

Вот почему он так нагло ухмылялся — показывал мне мою беспомощность. Мол, видишь, мальчишка, с кем ты решил поиграть? Вот что такое настоящая власть. Вот что значит иметь связи и влияние. Ты можешь быть хоть трижды Звероловом — против системы не попрёшь. Приползёшь! А не приползёшь, так пойдёшь в лес ловить денег ради долга и сгинешь там в первый же день. И помощи у тебя не будет, ты ведь «больной».

И самое поганое, что он был прав…

Но не до конца.

Умирать я не собирался.

Я сжал кулаки, чувствуя, как красные татуировки вспыхивают в ответ на эмоции.

Тварь подлая.

Рассчитываешь, что сломаюсь, приду и рухну в колени молить о пощаде. Или дам деру, признав поражение?"

"Плохо ты меня знаешь. Ты перешёл черту, и я сделаю всё, чтобы ты навсегда покинул эту деревню. А вот в гробу или нет, это мы ещё подумаем.

Когда они удалились, я быстро покинул деревню и нырнул во мрак леса.

Дорога к избе показалась мне бесконечной.

Неделя.

Я ускорил шаг, предвкушая возвращение в своё убежище. Там я смогу спокойно всё обдумать, составить чёткий план действий. Всё, Ефим, мы уже не разойдёмся. А раз так, то я тебя уничтожу.

Но когда поляна открылась перед моими глазами, я застыл как вкопанный — все мысли улетучились.

Посреди моей территории, неспешно направляясь к избе, шёл человек.

Но это был не просто человек.

Мужчина возвышался почти на два метра, его плечи были шире дверного проёма, а мускулы играли под рубахой при каждом движении. Седые волосы были собраны в хвост, а лицо покрывала густая борода. Но самое поразительное — это шрамы. Они покрывали его руки, шею, часть лица, рассказывая мне историю бесчисленных битв и выживания в самых экстремальных условиях.

Сила буквально исходила от него волнами. Каждый его шаг был уверенным, каждое движение — отточенным.

Это был…

Хищник.

Но ещё больше меня потряс его спутник.

Рядом с великаном шёл зверь, который заставил меня усомниться в собственных глазах и на мгновение забыть, как дышать.

Медведь…

Размером он превосходил крупнейшего быка. Чёрная шерсть отливала багровыми бликами, словно по ней непрерывно струилась свежая кровь. При каждом движении эти кровавые блики перекатывались волнами, и казалось, будто сама тьма ожила и приняла облик смерти.