Егерь. Системный зверолов

Так она нам и помогала — новые травы, появившиеся после Раскола, теперь имели огромную ценность.

Деревня, где я теперь, — на отшибе, в глуши одного из королевств. Места богатые, чтобы ловить питомцев, да продавать, отец этим и промышлял, пока не пойми откуда медведь не оказался. А в деревне из приручителей — только Григорий, да сам староста и остались — слишком редкая профессия.

Я вздохнул, услышав суету в соседней комнате.

Мама ухаживала за мной, будто я был стеклянным, готовым разбиться от малейшего толчка, но ещё как-то умудрялась работать.

Уходила с утра, едва солнце вставало над горизонтом, и возвращалась поздно. Её руки были красными от земли, с въевшейся грязью под ногтями. Она работала в полях, где люди всегда нужны. Таскала тяпки, собирала урожай, а я лежал здесь, в этом теле, которое понемногу приходило в порядок.

И это бесило! Никогда так долго не лежал без дела, так что эти дни массировал мышцы и делал хоть какие-то тренировки, чтобы твёрдо стоять на ногах. Хворь, если она вообще была, отступила — чувствовал себя всё лучше.

Бабка Ирма пришла один раз, принесла свои отвары, от которых во рту оставался вкус болота, смешанного с горечью полыни. Я пил их, морщась, но молчал. А что сказать? Что со мной всё в порядке? Посмотрит, как на сумасшедшего, и так вон взгляд у неё какой-то… Шальной.

Так что спорить с Ирмой бесполезно. Её внимательные глаза смотрели на меня с такой пронзительностью и подозрением, что я невольно чувствовал себя виноватым.

Так что пил её отвары, страдая от их вкуса.

Стыдно признаться, но разок накатила грусть. Вставать ещё не мог, смотрел на пятно от протечки на потолке, и почувствовал себя не в своей тарелке. Лежу, как щенок, пока мать пашет, а деревня шепчется за спиной.

Но потом случилось кое-что, что заставило заниматься тренировками ещё усерднее.

На второй день мама вернулась в слезах. Она думала, что я сплю, но я лежал с закрытыми глазами, слушая, как она сидит у стола, закрыв лицо руками.

Её плечи дрожали, и я слышал, как слёзы капают на деревянный пол. Хотелось встать, спросить, что случилось, но почему-то не стал.

А сегодня пришёл Стёпка — друг Макса, и это было очень неожиданно, давно парень не появлялся.

Я услышал его шаги ещё до стука — быстрые, торопливые, будто он бежал через всю деревню.