Двойник Короля 2

Характер у неё такой.

— Стой! — я рявкнул так, что Боров вздрогнул всей своей массой.

Впереди маячило здание жандармерии, окна ярко освещены. У входа толпились служивые.

— Припаркуй за углом, — скомандовал, всматриваясь в собравшихся. — Что-то много их там."

"Боров закрутил руль, машина протестующе заскрипела. Когда он потянул рычаг тормоза, грузовик дёрнулся и замер, словно обиженный.

— Жди здесь, — открыл я дверцу. — Если что…

— Сомну любого, — великан снял очки, протирая их краем пиджака. Без них его лицо сразу стало жёстче.

Я поднялся по ступенькам жандармерии. У входа стояли люди, среди них Сергей Геннадьевич со своей охраной. При виде меня Требухов резко развернулся.

— Павел! — его лицо исказилось, словно от зубной боли.

— Александрович, — поправил я спокойно.

— Из-за вас Дима теперь инвалид! — ярость вспыхнула в глазах. — А моя доченька Вероника… Её похитили, и всё из-за вас! Вашей охраны! Ненавижу!

— Я тут тоже, чтобы разобраться в том, что происходит, — перевёл взгляд на жандарма у двери.

Служивый смерил меня оценивающим взглядом, кивнул и скрылся за дверью. Требухов дёрнул за рукав, отводя в сторону.

— Вот, прочтите, — протянул он измятый лист.

— Моё сердце уже занято, — усмехнулся я. — Давайте без любовных посланий.

— Это несмешно! — Сергей Геннадьевич едва не сломал зубы, настолько сильно их стиснул.

Я развернул бумагу, пробежался глазами. Ну надо же…

— Вот видите, это не я, — свернул письмо.

— Павел Александрович, — Требухов забрал послание дрожащими пальцами. — Если бы это… От вас бы…

— Не стоит мне угрожать! — прорычал, впиваясь взглядом в мужика. — Не я начал. Вы с Зубаровыми и другими рвали мой род. Поверьте, то, что случилось с вашим сынишкой — этого недостаточно. Я буду бить дальше, пока вы не поймёте, что с Магинскими не стоит связываться. И мне плевать на ставленника императора. Запашный тоже ответит. И да, я знаю, что эта тварь стоит за всем.

Сергей Геннадьевич застыл с открытым ртом, словно рыба на берегу.

— Я не отдам Веронику любовницей! — наконец выдавил Требухов. — Она моя дочь! Земельная аристократка, а не дешёвка с улицы.

— Ну, это уже не ко мне, — пожал я плечами, наблюдая, как бледнеет его лицо. — Вон идите к своим друзьям Зубаровым. Им же ваша дочка нужна как подстилка для утех.

— Павел, я прошу вас… — Требухов шагнул ближе, его голос дрогнул.