Двойная взлётная

Я опять не вижу его зрачков и чувствую лишь его прохладную кожу своей.

Мужчины до того разные. Как лед и пламя. А я между ними. С комплексом жертвы, который я думала, что вытравила из себя давно.

Артём совсем другой, не такой, как Громов. От него за километр несет опасностью. Шульгин нестабильный, только недавно была сексуальная агрессия, а сейчас он подвисает на моих губах, долго разглядывая их так, что я перестаю дышать.

— Смотрю на твои губы, а торкает хлеще дури.

Надо уходить. Бежать. Далеко, очень далеко.

Снова прятаться в свою нору и выпускать яд сарказма в сторону любого, кто может нарушить мое комфортное одиночество.

Не подпускать никого из них к себе. Но Артём наклоняется ближе, чувствую его дыхание, Игорь перебирает волосы, знаю, он смотрит, от этого по спине бегут мурашки.

А еще наверняка на нас глазеет весь зал. Это как начало фильма для взрослых, вот сейчас они разложат меня на столе и будут трахать, пока оператор не скажет: «Стоп. Снято».

— Ваш заказ.

Наши гляделки прерывает официантка, вздрагиваю. С большого подноса на стол выставляются тарелки, бокалы, бутылку виски, а около меня появляется коктейль.

Гимлет. Мне даже не надо угадывать.

— Приятного, аппетита, скоро будет горячее.

Официантка не на мужчин, лишь кидает на меня взгляд и быстро уходит. Виски разливается по бокалам, звон приборов. Смотрю, как Игорь берет несколько ломтиков строганины, откусывает хлеб.

Звери. Дикие. Опасные.

Сейчас они наедятся, а потом захотят размножаться.

— Якут подвел, ни хрена не подготовил как надо. Почему я вечно разгребаю чужое дерьмо? Почему нельзя найти нормальных спецов, которые хоть что-то соображают в деле?

— Я поднял процент за неудобства, все хорошо, Тёма.

— Неудобства? Это ты называешь неудобства? Я сделал все сам, им элементарно надо было только подготовить счета и несколько десятков левых фирм.

— Компенсация хорошая. Крис, ты любишь бриллианты? — Игорь обращается ко мне, уже принесли горячее, а я так и сижу между ними, как в клетке с тиграми, которые жрут сырое мясо.

Я не хочу ничего слышать. Я и так увидела лишнее.

Люблю ли я бриллианты? Не могу ответить, у меня их никогда не было, за все мои двадцать семь лет мне было точно не до любви к бриллиантам.

— Нет. Кстати, вами интересовался один мужик, — перевожу тему.