Двойная нагрузка

Нет, нет, она этого не хочет.

– Хорошо, я тебя поняла.

Марго, кто-то сразу поникла, развернулась и быстро ушла в сторону лестницы. Макс сильнее сжал ее ладонь, потянул совсем в другую сторону. Знакомый бассейн, несколько чаш с джакузи и совершенно никого нет.

– А где все посетители?"

"– Официальное открытие завтра, сегодня пробный день, проверка всех систем. Сейчас уже все ушли, только персонал. Пойдем.

Тянет в джакузи, сам сбрасывает с нее полотенце, полностью обнажая перед собой. Наверное, теперь это будет естественное ее состояние, быть постоянно голой рядом с ним.

– Иди ко мне, куколка, вот так, садись на меня, папочка тебя помоет.

Яна садится на мужчину, откидываясь спиной на его широкую грудь. Джакузи работает, пуская волны по телу, а руки Макса скользят по груди, животу, смывая следы чужого оргазма. Движения плавные, они расслабляют, соски чуть прищипывают, пуская дрожь и волнение.

– Такая сочная, красивая девочка. Раздвинь ножки шире, я поласкаю твои сладкие губки, уже соскучился.

– Ты говоришь такие слова, откровенные, мне никто такого не говорил.

– Тебе нравится? – хриплый голос проникает под кожу.

– Очень, я сама становлюсь такой откровенной. Аааааа…что ты делаешь?

Нежно поглаживая ее раскрытое лоно, пальцы мужчины спустились ниже, растирая упругое колечко ануса.

– Доставляю тебе удовольствие. Ты не подставляешь, какая ты сексуальная, когда кончаешь, хочется еще и еще слышать твои стоны, до криков.

Обе руки спустились под воду, пальцы одной нежно поглаживали клитор, другой – растирали попку.

– Твоя попочка когда-нибудь принимала мужской член?

– Нет, – Яна уже сама крутила бедрами, пытаясь усилить трение. Возбуждение зарождалось изнутри, ей снова хотелось кончить и неважно, как, лишь бы получить освобождение.

Давление на анус усилилось, Яна инстинктивно сжалась, напряглась.

– Не бойся, куколка, не сегодня, тебя надо подготовить. Ты же доверяешь мне?

– Не знаю… наверно. Я тебя практически не знаю.

– Правильно, куколка.

Яна поворачивается передом к мужчине, она сидит сверху, их лица почти на одном уровне. Только сейчас, приглядевшись, видит на лице Максима ссадины и синяк на скуле.

– Ты что, подрался?

Тонкими пальчиками прикасается к воспаленной коже, внимательно изучает, гладит, возникает необъяснимый порыв, следует ему и нежно целует губами.

– Это называется пропущенный удар левой, сам виноват.