Леди Малиновой пустоши

— Люся, ты не серчай, но я и сам только что узнал. Брауни Мак-Коннея весточку прислал. Он тоже недавно узнал. Этот посланец не ездил никуда, он все это время жил у отца-настоятеля в Даблитти, а уже настоятель связывался с епископом в Дамфри, и тот докладывал лэрду, он принимал решения и передавал их Биллу в Даблитти. Я даже не подозревал, что настоятель и епископ могут общаться с брауни.

Ну, вот и ещё одна загадка разгадана. Теперь понятно, как так быстро сумел ""съездить"" и вернуться Билл. Ещё посидела, подумала о будущих планах, потом внимательно прислушалась к дыханию мужа.

Пришел ли он в сознание? А он спал. Спокойно и бессовестно дрых в мягкой и широкой постели!! Нет, это уже безобразие! Он спит себе в удовольствие, а я тут, вся несчастная и верная, свернулась клубочком в креслице. Нет, это надо прекращать! Я решительно встала и едва не взвыла от мурашек, побежавших по ногам, которые затекли в неловком положении. Подошла к кровати и, отпихнув спящее тело подальше от края, улеглась сама, стянув с мужа одеяло, и мирно уснула сама.

МИША

Он проснулся, только забрезжил серый зимний рассвет, от того что замёрз без одеяла. Сквозь сон лениво ругнулся.

— Люська, зараза, опять одеяло стянула!"

"У них было широченное одеяло на кровати, но жена имела привычку стягивать одеяло с него. Тогда Миша на какой-то выставке купил ещё одно шикарное одеяло. Каково же было его удивление, когда утром он опять обнаружил, что вновь спит без одеяла! А жена спала рядом, закутавшись, как египетская мумия, в два одела!!!

Открыл полностью глаза, огляделся.

Вначале не понял, вроде бы совершенно незнакомая, странная комната, а потом потоком хлынули воспоминания и знания. Боже, этого не может быть! Или может? Ведь он же не сошел с ума? Раньше он частенько беззлобно подшучивал над Люсей, когда она одно время увлекалась книжками про попаданцев. Все спрашивал, собрала ли она рюкзак на случай попадания. И вот тебе здрасти! теперь он сам попаданец. Он осторожно скосил глаза — рядом с ним, плотно укутанная одеялом, спала женщина, только торчала из кокона светло-русая макушка. Жена Гленна, Мэри. И тут как будто изнутри его обдало кипятком — да нет, не Мэри, это же его Люся! Выходит, она тоже сюда попала? Господь явил свою милость и свершил чудо — даже в посмертии, в другом мире, они все равно вместе! Огромная радость, счастье, полный восторг затопили его с головой, но он лежал тихо, боясь шевельнулся, чтобы не исчез этот волшебный сон. Пока не раздался недовольный голос жены.