Два мажора для Золушки

Меня это не интересует!

– То есть как это, Тимофей? – возмутился отец.

– А вот так. Оставь наследство Матвею или раздай деньги бедным. В общем, поступай, как знаешь! – весело ответил я.

– Поговори у меня! – постучал пальцем по столу папаня. – Я собрал вас здесь не для того, чтобы вы зубоскалили! Я твёрдо намерен решить вопрос с наследованием бизнеса. Я должен знать, кого из вас двоих я должен натаскивать. И пока что я, увы, не смог определиться. Поэтому я решил так.

Отец выдержал паузу:

– Вы оба уже взрослые.

– Что? – спросил я в один голос с Матвеем.

– Да, именно так! То, каких женщин вы выбираете, скажет о вас очень многое! – пафосно заявил папаша.

Я не стал его разубеждать. На него посмотри, так он выбирает корыстолюбивых, неверных или истеричек. И кто он в таком случае? Глупец или любитель наступать на одни и те же грабли?

– Итак. Ты первый, Тимофей. Пойдём по старшинству.

Папа с ожиданием уставился на меня.

– Ха! А потом я смогу уйти, да? Так вот мою девушку ты уже видел в ресторане. Юля Колчакова, она проходила практику в твоей фирме, – улыбнулся я.

Папаша задумался.

– Всё-таки она, да? Я грешным делом решил, что это так, на один раз.

– Нет, папа. Не на один раз. На постоянно.

– Из детдома, студентка, связей нет, денег тоже… Корыстная?

– Молчи, папаша. Зря она тебя с пола поднимала и переживала за твою старую больную голову, когда нечаянно сбила тебя с ног!

– Да, – согласился отец.

– Исключено! – отрезал я. – Не вмешивай мою Юльку в свой дурдом!

Папаша отмахнулся от меня и посмотрел на Матвея.

– А ты, Матвей, чем порадуешь? Вернее, кем?"

"Матвей посмотрел на меня вопрошающе. Я перегнулся через кресло, сказав ему вполголоса:

– Мне пофиг, ты же знаешь! Ты можешь и соврать, но папа может и проверить.

– Да пошёл ты! Скорее, ты первый от неё отстанешь! – ответил Матвей.

– Не дождёшься, Мотя. Быть тебе в нашем треугольнике навеки вечные!

– Пофиг. Я на всё пойду, чтобы быть с Юлей!

– Так! Что за совещание? Я жду! – нетерпеливо потребовал папаша.

– Оставь эту затею, папа, – посоветовал ему я. – Тебе не понравится то, что ты услышишь.