Друг моего отца

Но зная Бекетова хотя бы капельку, можно ожидать лишь того, что он так и будет скакать по сомнительным местам и мастерски уходить от погони, наплевав на удобства.

Наверное, ему комфорт вообще не знаком, может и на кирпиче спать, и пить воду из грязной лужи, а я… я вообще к такому не привыкла!

— Носок или молчок?! — угрожающе спрашивает Бекетов.

В ответ мычу, надеясь, что мужчина меня понял. Киваю для уверенности.

— Тогда пошли.

Бекетов хватает меня под локоть и тащит по улочкам, на которых расползается предрассветный адский холод и склизкий туман.

— Почему мы не добрались до твоей квартиры на такси?! — спрашиваю, стуча зубами.

— Потому что я не свечу свои адреса. Дойдём пешком. Тут недалеко. Ещё минут пятнадцать.

— Может быть, пять минут передышки? Пожалуйста… — говорю со слезами.

И только после этого мужчина останавливается.

— Сядь на скамейку, — командует. — Пожалуй, тебе стоит отдохнуть. Пять минут, не больше. Заберём ключи, а потом…

— То есть это ещё не конец?! — ужасаюсь. — О боже… У меня ноги гудят, тело от пота чешется и желудок к спине прилип.

— Какая же ты зануда, Проблема. Проблема всех проблем…

Бекетов не садится, расхаживает рядом со мной. Полон энергии, кажется, от него даже искрит.

— Ты хорошо держишься для мужчины своего возраста.

— Ты слишком много болтаешь для ребёнка своего возраста, — в тон мне отвечает Бекетов и дёргает меня за капюшон. — Всё, двинули! Языком чесать есть силы? Значит, и на финальный бросок найдётся.

Со стоном поднимаюсь и плетусь за мужчиной.

Приказала себе быть стойкой, но после того, как Бекетов забрал из тайника ключи, он двинулся в противоположном направлении, покружил по району и через час…

Мама мия, через час мы стояли в подъезде многоэтажного дома.

— Нам на десятый этаж.

Я на последнем издыхании ползу к лифту и требовательно нажимаю на кнопку. Лифт… не открывается.

— Что за гадство?

— Лифт не работает, — мрачно изрекает Бекетов и приподнимает мой подбородок двумя пальцами вверх, чтобы я лично лицезрела бумажку с надписью «ЛИФТ НЕ РАБОТАЕТ!»

— Пешком на десятый этаж придётся идти?

— Если только ты летать не умеешь.

Мужчина лёгкой пружинистой походкой взлетает вверх по лестницам. Мысленно я нарекла Бекетова пенсионером, но кажется, единственный пенсионер из нас двоих — это я сама.

Прошедшие двое суток вымотали меня, и препятствие в виде десятого этажа кажется мне недостижимой задачей. На восьмом этаже я устало опускаюсь на ступеньки.

— Поднимайся, Анна-Мария. Два этажа всего осталось.