Дом на перекрестке

– А как же. Из города. Но одно другому не мешает. Так как – хочешь посмотреть на халупу?

– Не знаю, что это такое, но хочу, – улыбнулся лирелл.

– Вот и славно, собирайся. И – да! Мечи, кинжалы и прочие опасные для жизни окружающих предметы не бери. Нельзя у нас с ними ходить – в полицию заберут. Как я тебя оттуда потом выцарапывать буду?

– А как же тогда? Я же должен тебя охранять.

– Магией и кулаками будешь охранять… Слушай, а может, нам Марсика с собой взять? Как думаешь? Ему же нужно больше со мной общаться.

– Ну, если ты не боишься, что на тебя будут показывать пальцем, то бери, – рассмеялся Эрилив. – А то он такого цвета… На Земле выглядеть будет, мягко говоря, странновато.

– Да это ерунда. Я оденусь как гламурное блондинко́, и все проглотят как нечто само собой разумеющееся.

– Леди, а гламурное блондинко́, это как? – тоненько уточнила Тамия, сидящая вместе с нами в комнате.

– О-о-о, Тамия, это страшное оружие девушек. Побольше стразиков и злата-серебра, каблуки повыше, одежду как можно более обтягивающую.

– И какое же должно быть выражение лица? – тут же заинтересовался Эрилив.

– Глазки наивные и не обремененные интеллектом, ресницы – веером, губки – «рыбкой», и делать вид, что я самая красивая.

– А как это, губки – «рыбкой»? – озадаченно переспросила Тамия.

– Да! Как это? – повторил за ней лирелл.

– А вот так. – Я изобразила «силиконовые» губы, надув их. – Только надо еще накрасить яркой помадой.

– Ой! – Тамия звонко рассмеялась.

– Да-а. – Эрилив поддержал ее своим хриплым смехом, отчего у меня по спине помчался табун мурашек, а удерживать губы «рыбкой» стало трудно. – Вики, ты уверена, что выдержишь так долго? Может, пусть лучше Марсик ждет нас дома? А то еще отвалятся губы по дороге?"

"– Ну, не знаю… – Я подмигнула им. – Могу еще купить толстый гламурный журнал с картинками и листать с видом, словно это что-то необычайно умное и важное.

– Нет! Щебетать не надо, – пошел на попятный Эрилив. – Я согласен на губы и журнал.

Вот так мы и собрались ехать к моим родителям. Эрилив, Марсик – по такому случаю получивший поводок с наложенной иллюзией стразов, – и я.