Доллары царя Гороха

С младых ногтей он начал убеждать Сережу в том, что ему быть художником. Казалось, Леонардо, которого отец насильно сделал живописцем, должен был разрешить своему ребенку самостоятельно выбрать жизненный путь. В подростковом возрасте сам Леонардо пытался бунтовать. Вообще говоря, ему хотелось шить, мальчик с огромным удовольствием кроил, а потом мастерил для кукол одежду. Но тогда такой профессии, как модельер, не знали. В СССР существовали только портные, и Иван, перепугавшись, что сын станет закройщиком, моментально выбросил из дома все иголки и нитки вкупе со швейной машинкой.

– Ты художник, – категорично заявил он Леонардо, – ясно? И думать забудь о чем-то другом.

Пришлось сыну покориться. Представьте себе: потом молодой человек напрочь забыл о том, что Иван силой приставил его к мольберту. Более того, он не уставал повторять, что безумно благодарен отцу за то, что тот направил его на нужный путь, не дав совершить опрометчивый выбор. Леонардо не помнил о ночах, проведенных в слезах, и об активном нежелании заниматься живописью.

– Моя жизнь удалась, – говорил художник, – я получил то, что хотел. А все благодаря папе, который со свойственной умным людям прозорливостью сразу понял, куда направить сына.

И Сереже вложили в руку кисть и поставили за мольберт. Леонардо поступил, как в свое время Иван: нанял сыну хорошего педагога, записал в художественную школу и стал готовить его в соответствующий вуз.

"Сережа рос свободолюбивым и настойчивым. Бог знает, как это вышло. Может, в мальчике доминировали гены Марфы, которая всю жизнь смело отстаивала свои позиции, может, время было иным. Леонардо родился в самый разгар тотального страха. Детство его пришлось на конец тридцатых, отрочество на войну, юность на пятидесятые. В те годы трудно было сформироваться свободной личности, сталинский режим мгновенно давил тех, кто проявлял своенравие.

Сергей объявил отцу войну.