Доллары царя Гороха

И про пингвинов в первый раз спросил специально, думал, признаешься, ответишь честно: «Да, я, как всегда, сунула нос не в свое дело, словно гончая, бегу по следу…»

– Как ты догадался? – удивилась я.

– Дарья, – сурово сказал полковник, – ну-ка вспомни, с чего все началось?

– Ну, разразился ураган, мой «Пежо» погиб, на дороге увидела…

– Хватит. И кто вызвал милицию? И кто был главным свидетелем, кто ловил пингвинов на шоссе? Кто, а? Думаешь, я не знал? Можно ли быть такой дурочкой?

Я сердито посмотрела на полковника:

– Выходит, можно.

В тот день на Новорижской трассе из-за аварии случилась гигантская пробка, мне и пришлось ехать по проселочной, мало кому известной дороге…

Память у меня хорошая, события происходили недавно, поэтому я рассказывала долго и обстоятельно. Когда замолчала, Николай, один из приехавших с Дегтяревым мужиков, крякнул:

– Ну… нам говорили, что у Дегтярева жена криминальный талант…

– Мы не супруги, – быстро сказал Александр Михайлович.

– Почему? – изумился Николай.

Полковник замялся, а я, чтобы сменить щекотливую тему, спросила:

– Настю арестовали?

Николай обвел взглядом всех присутствующих, потом повернулся к другому мужчине, которого нам представили как Виталия, и с вопросительной интонацией сказал:

– Они нам помогали.

До сих пор молчавший Виталий коротко обронил:

– Хорошо, рассказывай.

Николай улыбнулся.

– Ладно, мы выслушали одну часть истории, теперь вторая.

Глава 33

– Сын Михаила и Гортензии все детство и большую часть отрочества провел по государственным учреждениям, где воспитываются либо сироты, либо те, чьих родителей лишили родительских прав. Леша, пожалуй, был там единственным, кто имел и папу, и маму. Вот только и Гортензии, и Михаилу ребенок просто мешал.

– Зачем тогда они его родили? – влезла Машка.

Николай развел руками:

– Так вышло. После окончания десятилетки Алексей без всякой помощи поступил во ВГИК, который готовит актеров для кино.