Добровольно проклятые

«Нашего» неприятно резануло ей ухо, и она поморщилась, но поправляться не стала, чтобы не заострять на своей оговорке внимание. Дементьев ее как будто не заметил.

– Но ведь машинка ничего не писала про нее, – возразил он.

– Мы не знаем, что именно она печатала в первый раз… – Ольга приложила пальцы к вискам, прикрывая глаза. – Неужели я на полном серьезе это говорю?

– Ничего, со временем привыкнете, – хмыкнул Дементьев.

– Да не хочу я к этому привыкать! – раздраженно выпалила она, резко отворачиваясь от него.

Взгляд ее снова зацепился за музыкальную шкатулку на комоде. Ольга вдруг поняла, что хотела на нее посмотреть с той самой минуты, как вошла в комнату. Хотела, но боялась. И подсознательно ждала, что вот-вот снова щелкнет неисправный замок, крышка отскочит вверх и по гостиной поползет ядовитой змеей мелодия, которая въедается в мозг и крутится потом в голове еще долго.

Но шкатулка не подавала признаков жизни. Сознание снова кольнул вопрос: «Ну откуда тут может взяться замок? Не было там никакого замка!»

Обхватив себя руками, словно внезапно замерзла, Ольга приблизилась к комоду и медленно протянула руку к украшенной замысловатой резьбой крышке.

Сердце в груди на мгновение остановилось, дыхание застряло в горле. На подставке, которая еще вчера была пустой, кружилась крошечная белая женская фигурка. Она не была похожа на балерину, но пыталась изображать какое-то танцевальное движение.

– Оля? Вы меня слышите? – голос Дементьева прозвучал где-то далеко и глухо, словно он говорил сквозь плотную маску.

Лишь когда он коснулся ее плеча, она смогла сбросить с себя оцепенение.

– Оля?

Дементьев попытался заглянуть ей в лицо, но она смотрела только на кружащуюся на подставке фигурку.

– Вчера ее здесь не было, – пробормотала она.

– Что?

– Фигурка. Вчера ее не было в шкатулке. Вера сказала, что шкатулка досталась ей в таком виде и она давно хочет вставить сюда что-нибудь, но руки не доходят.

– Ну, видимо, они все-таки дошли, – пожал плечами Дементьев, посмотрев на странную танцовщицу немного растерянно.

– Сейчас? – возмущенно возразила Ольга, наконец повернувшись к нему. – Когда у нее пропал муж?

– Оказавшись в ситуации, в которой ничего не могут сделать, чтобы помочь себе или близкому человеку, люди в стрессе часто начинают заниматься чем-то незначительным. Вот как вам захотелось приготовить сложный завтрак.

Ольга была вынуждена согласиться.