Дитя подвала

 – Ты не можешь меня винить…

Она хотела что-то сказать про несчастный случай, но в этот момент ей показалось, что лицо давно умершей девочки подмигнуло ей."

"Ирина Леонидовна вскрикнула. Она почувствовала себя человеком, балансирующим на краю пропасти.

«Домой, – шепнул внутренний голос. Деловито и спокойно, будто давая совет, сколько соли требуется для блюда. – Здесь очень плохое место, поэтому быстрее иди домой. Без Гоши. Потому что его больше нет».

Ирина Леонидовна облизнула пересохшие губы.

Да, все верно.

Однако вместо того, чтобы развернуться и уйти, она неожиданно склонилась над куклой и, ухватившись за руки, потянула ее наверх. Сперва ничего не происходило, словно игрушка была намертво зацементирована, затем что-то тихо хрустнуло, и кукла оказалась в руках женщины. Ее выцветшее бледно-зеленое платье было пропитано темной жидкостью. Тут же потянуло тяжелым запахом, смрадом гнили и разложения.

«Она тяжелая», – почему-то подумала пожилая женщина, продолжая в каком-то оцепенении держать куклу. Как по команде, стежки, скрепляющие пластиковое тельце, начали лопаться один за другим, разлом быстро увеличивался, напоминая ухмылку психопата.

Наконец ноги отвалились, и за ними из верхней части куклы с чавканьем шлепнулось месиво тухлого мяса. Ирина Леонидовна истошно закричала, ее ноги подогнулись, и она грузно сползла на землю. Судорожным движением она отбросила укороченный обрубок куклы. Без ног, с развевающимся грязным платьем, кукла стала похожа на гротескный колокольчик. А Маша Федорова продолжала с упреком смотреть на бывшую воспитательницу.

– Помогите, – прошептала Ирина Леонидовна. Грудь разрывало от неистово колотящегося сердца, перед глазами вспыхивали тлеющие искры. – Помогите…

Тускнеющий взгляд остановился на каше из разлагающегося мяса, сплошь кишащего червями. И когда прямо над ухом послышался хриплый смех, она потеряла сознание.

* * *Спустя сутки

– Это точно она? – спросила Мария после минутного молчания.

– Похоже, да, – хмуро отозвался Сергей.