Деривация.

Теперь его новый начальник штаба вот с таким огромным фонарём под глазом ходит, — рассмеялся Барченко. — Генерал так ему всёк, с правой, за дурость, и за раненого Федосова, что полковник собой дверь кабинета вынес, при всём офицерском собрании.

— Поделом, — согласился Паша.

— Мне было бы стыдно, — сказал Игорь. — А ему хоть бы что. Отряхнулся, и дальше пошел служить.

— Такие, как Цветков, во время войны ради своей карьеры людей пачками под немецкие пулеметы бросали, — раздумчиво сказал Толя.

— Такие, как Цветков, и завтра людей под пулеметы пачками бросать будут, — съязвил Барченко.

— Я тогда прикажу Борзову сделать один выстрел в противоположную сторону, — сказал Паша. — И снайперу практика, и Родине польза.

Офицеры удивленно посмотрели на командира снайперской роты — шутит он, или правду говорит…

— Товарищ капитан, — из темноты появился Бушуев. — Мы в тепловизор духов обнаружили.

Сообщение было адресовано Шабалину, но на его проверку поднялись все — а что еще делать скучной ночью в преддверии грандиозного сражения?

— Где?

Все лежали на карематах, разглядывая темноту.

— От танка дальше двести, там окоп, в полный рост, в тепловизор видны тёплые пятна, предполагаем головы наблюдателей. Разрешите уничтожить?

Так как тепловизионные прицелы были только на СВД, Паша решил пополнить и свой личный счёт.

Стреляли на семьсот метров по трём теплым пятнам. Каждый из снайперов сделал по несколько выстрелов, однако, к великому удивлению, после выстрелов пятна не пропадали.

— Это не люди, — сказал он. — Похоже, нас пасут, показывают нам что-то тёплое, ждут от нас хорошо заметных выстрелов, но мы стреляем с глушителем, выстрелов не видно, и поэтому ответки нет. А она должна быть. Иначе бы нам тепло не показывали.

— Давай я пару своих бойцов отправлю на правый фланг, — предложил спецназовец. — Они оттуда сделают несколько выстрелов и сразу убегут обратно. И посмотрим, что будет.

— Давай, — согласился Барченко прежде, чем Паша успел открыть рот.

Бойцов проинструктировали, и они ушли в ночь. Все замерли в ожидании. Через несколько минут справа раздалось четыре выстрела.

— Наблюдаем! — напомнил Паша.

Вдруг ночь озарилась яркой и огромной вспышкой выстрела из чего-то крупнокалиберного, а тут же на склоне прогремел взрыв.

— Танк, — вырвалось у начальника разведки. — Живой, гад. Ну, сейчас мы тебе устроим!

Навели дежурную пару.