День огня

Я увидел силуэт незнакомого лося, нескольких бизонов и быка, стоящих группой перед школой. Возможно, они собирались проломить дверь.

– Вот их мы и схватим! – прошептал я товарищам очень тихо – словно ветер подул. Ответом мне стало беззвучное согласие, и мы кинулись на армию Миллинга.

Мы с Кингом прыгнули практически одновременно, за секунду до того, как бурундук – а, это снова чёртов Руди! – увидел нас и подал сигнал тревоги. Но оборотень-бык, на которого я нацелился, всё равно немало удивился, когда я вдруг очутился у него на спине и вонзил когти ему в шкуру.

Но было ясно, что скоро нам придётся отступать. Нет, не скоро, а немедленно! Со всех сторон к нам неслись оборотни-враги, а сверху обрушились летучие мыши. Но в школе за нами внимательно следили. С крыши в небо тут же полетели пять красных огненных мечей – сигнальные ракеты! – и минимум половина мышей пустились наутёк.

– Бежим! – крикнул я товарищам, и мы помчались прямиком к школе, возвышающейся перед нами зубчатым утесом. Там нас уже ждали Тео и Итан – чтобы открыть нам двери и снова их забаррикадировать.

Но до школы я не добрался. Мощный удар сбил меня с ног, а потом кто-то навалился на меня и вжал в траву – хищная кошка, нет, даже две.

Передо мной возвышалась ещё одна хищная кошка – огромный самец пумы. Он совершенно спокойно подошёл ко мне и взглянул на меня сверху вниз."

"– Вот мы и встретились, – услышал я у себя в голове громкий резкий голос Эндрю Миллинга. – Добро пожаловать, предатель!

Именем Совета

Тикаани первая заметила, что я не бегу вслед за ней, и развернулась назад, оскалив клыки, чтобы защищать меня до последней капли крови.

– Беги! – зарычал я на неё. А мне ведь так хотелось закричать от страха и позвать её на помощь! – Слишком опасно! Прячьтесь!

Эндрю Миллинг не удостоил моих убегающих друзей ни малейшего внимания. Плавным упругим шагом он беззвучно ходил передо мной взад-вперёд, а его телохранители – тоже пумы – сторожили меня, готовые в любой момент сломать мне хребет или перекусить глотку.

– Я не предатель, – удалось мне кое-как выдавить из себя.