Дело Варнавинского маньяка

Ванька был чем-то расстроен и не велел говорить о себе приставу. Провел в спальне отца несколько минут и удалился тем же путем.

— Кто-то его известил, — констатировал исправник. — Но кто? И как он сумел узнать о вашей находке, Алексей Николаевич?

— Поймаем Ваню Модного — выясним у него. Далеко уйти парень не мог. Подымайте полицию и воинскую команду.

Но обнаружить Селиванова-младшего удалось только утром, когда рассвело. Он лежал в кустах возле пристани, с ножевой раной в сердце.

20. Наконец — то отпуск

Уже к одиннадцати часам утра сыщики имели ответы на все вопросы.

Почти все… В соответствии с законом розыск возглавил судебный следователь Серженко. Утром Лыков с Бекорюковым сидели у него в кабинете. Коллежский асессор писал, как он выразился, прейскурант подозреваемых.

— Давайте, господа, пройдемся по всему перечню, — начал следователь. — Кто знал о выемке Алексеем Николаевичем сочинений из училища?

— Лев Мартынович, давайте расширим список, — возразил Лыков. — Я ведь еще к нотариусу ходил.

— К Нищенкову? — хором спросили Серженко и исправник.

— Да. А что?

Следователь со штабс-ротмистром переглянулись, потом Бекорюков сказал укоризненно:

— Надо было сначала с нами посоветоваться.

— Темный?

— Еще какой. Давненько я за ним слежу, да ухватить не удается. А вы… без расспросов…

— Виноват, господа, не знал. Но поясните подробнее!"

"— Нищенков шельма, — сообщил Лев Мартынович. — Два года назад он подделал завещание богатого крестьянина из села Дмитриевское. Умершего при достаточно загадочных обстоятельствах.

Подделал в пользу брата покойного и в ущерб вдове. Подлог несомненный, но мастерский — доказать ничего не удалось. Был суд, и он его оправдал. Потом Нищенков оказался замешан в учете фальшивого векселя купца Олеринского. Вам, Алексей Николаевич, действительно не стоило проявлять излишней самостоятельности. Людей здешних вы не знаете: надлежало посоветоваться.

— Каюсь и больше так не поступлю, — пробормотал Лыков. — Но он был настолько убедителен…

— Разумеется.

Присяжные на суде тоже так заявили.

— Пошли к нему! — вскочил со стула исправник. — Вдруг да найдем что?

Лыков с Бекорюковым отправились на дом к нотариусу. Там выяснилось, что тот еще ночью уехал из города вместе со всей наличностью. По требованию исправника вызванный слесарь взломал несгораемый шкап стряпчего. В нем были отысканы два векселя на предъявителя на сто пятьдесят рублей каждый, выписанные Ваней Модным в прошлом месяце. Все сошлось.