Дедушка на выданье

Гонкин был очень принципиальным, из-за этого Вера без зятя осталась. Да времена меняются, МВД за последние годы сто раз перетасовывали, выгнали Гонкина, несмотря на все его заслуги. Кириллу деньги понадобились, вот он и стал с прессой сотрудничать. Но еще занятнее другое…

Я, не перебивая, слушала старика, Димон тем временем уставился в компьютер, Нина пила принесенный Федором кофе. Когда она отставила в сторону чашку, Приходько спросил:

– Болотов знал о вашей дружбе с Машей?

Терентьева кивнула:

– Конечно.

– Вернулись из-за известия о кончине Медведевой? – предположил Федор.

Нина грустно улыбнулась.

– Ну кто ж меня отпустит? Мы с Машей считали себя сестрами, но по документам-то чужие люди. Форс-мажор произошел, у моего шефа жена в аварию угодила, вот он и прервал визит.

– Мы не обнаружили в квартире Медведевой тайников, – протянул Федор.

Терентьева показала на альбом.

– Плохо искали. Но теперь у вас есть эти снимки, они, правда, без лица, зато фигура осталась!

Глава 32

После того, как Нина покинула наш офис, Димон воскликнул:

– Есть новость!

– У меня тоже, – сказала я.

– Моя важнее, – заспорил Коробок.

– Нет, – уперлась я, – не делай опрометчивых заявлений. Ты не знаешь, что рассказал мне сейчас Иван Николаевич.

– А ты не в курсе, какое видео прислал мне Умка, – рассердился Димон.

Приходько встал.

– Спокойно! Иногда мне кажется, что я работаю директором обезьяньего питомника. Говорим по очереди. И первым буду я!

Совещание продолжалось несколько часов, в процессе к нам присоединился Умка, не в виртуальном, а в реальном виде. Я в ходе «разбора полетов» успела простить Федора за то, что он фактически обозвал меня мартышкой, забыла его фразу про обезьяний питомник и разозлилась на себя.