Дедушка на выданье

 – Как она там поместилась?

Лапуля медленно накручивала прядь волос на палец.

– Не! Доктор-профессор велел Музоньку на воле держать. Стеклянные стены ограничивают ее психическую свободу! Люди не могут нормально развиваться, если они постоянно носом в преграду упираются!

– Черепашка не человек, – перебила я Лапулю.

– Не обижай Музоньку, – занервничала та, – зайчик начнет сердиться! Фу!

– Скажи, пожалуйста, где можно умыться? – спросила я.

– Зачем? – заморгала Лапуля.

Я задумалась. Действительно, зачем? Вот уж глупая привычка принимать душ по утрам!

– Если тебе здесь не нравится, – протянула Лапа, – то, вероятно, лучше пойти… э… на бывшую кухню! Раковина пока там! Ее еще не перенесли.

Я потрясла головой.

– А куда ты решила переместить мойку?

– Не думала пока об этом, – призналась Лапуля, – план составляла Валя, а потом все запуталось. Вот. Хочешь посмотреть?

Не дожидаясь моего ответа, она достала из кармана ярко-розового одеяния сложенный листок бумаги и положила его на стиральную машину, тараторя без умолку:

– Валентина сказала, ей Умка сказал, чтобы она мне сказала, что план надо составить иначе, мол, Котик скажет, что Валя сказала не так.

Я развернула бумажку, расправила и стала изучать рисунок. Сначала мне показалось, что вижу кривые прямоугольники и квадраты, не связанные между собой, но потом я разглядела: на каждом нацарапаны слова, например, «Спальня Танюши», «Котиков уголочек», и спросила:

– Ты чертила план квартиры?

– Красивенько вышло? – обрадовалась Лапа.

– Схема не точная, – вздохнула я.

– Я аккуратненько рисуночек малевала, – расстроилась Лапуля.

– Здесь нет коридоров, – уточнила я.

– Зачем они? – поразилась Лапуля. – В них не живут!

– И ты забыла про санузлы, – не успокаивалась я.

Лапа нахмурилась.

– Танюсечка, мы меняем спаленки! Туалетики решили не трогать! Ванночки долго вытаскивать! И унитазики! Без них зайчику нельзя, его постоянно тошнит!

Я мысленно перекрестилась.