Дедушка на выданье

Вечно ныл о желании написать великое полотно, а сам спал до обеда!

– Отчего курьер вызвал у вас воспоминание о неудачном романе? – не успокаивалась я.

Инна потрогала изящным пальчиком верхнюю губу.

– Усы. Мой парень такие же носил, и бородку, маленькую, аккуратную, она лишь окаймляла подбородок. Вроде она называется «шкиперская».

– Руки? Может, на них были шрамы, наколки? Отсутствовали пальцы? Часы на запястье? – сыпал вопросами Коробок. – Марка одежды?

Каретина сморщилась.

– Он был в перчатках. Одет обычно. Я ничего не запомнила. Ну кто станет разглядывать курьера?

– Действительно, – кивнул Коробок.

– Уточек привозил один и тот же человек? – перебила я Димона.

– Ну… вроде, – без особой убежденности сказала Инна.

– Переходим на другой уровень, – объявил Димон, – что с последней загадкой?

– Плохо, – скуксилась Каретина.

– Озвучь задание! – приказала я.

– Человек, делающий это, в нем не нуждается; человек, покупающий это, сам им не пользуется; человек, который это получает, не знает об этом.

Все притихли.

– Чума, – нарушил молчание Гаврилов, – нелепица. Я сделал что-то, оно мне не надо, продал тебе, ты его не съел, не выпил, на экране не смотрел, кому-то отдал, а тот не сообразил, что получил подарок? Ни хрена себе вопросы у математиков-академиков!

– Надо успеть решить до утра? – поинтересовался Димон.

– До десяти, – печально уточнила Каретина.

– Подключай Умку, – сказала я Коробку, – если не решим, утку не принесут, упустим маньяка.

– Уже, – тихо сказал Димон, – он нас слышит, но молчит. Эй, Умка, издай гудок.

– Ту-ту, – прозвучало из ноутбука Коробкова, который он держал на коленях.

Надо отдать должное Инне. Вернувшись домой, она стала вести себя самым обычным образом. Я бы, наверное, зная о том, сколько глаз за мной наблюдают, не смогла спокойно сбросить на пол одежду, пойти в ванную и корчить там рожи зеркалу.

Компьютер Димона громоздился на углу стола, Каретину не оставляли без присмотра. Мы с Димоном сидели, словно куры на шестке, и пытались решить загадку.