Чума Атлантиды

* * *Завопив от боли, Шоу повалился на пол рядом с Кейт и Дорианом и забился в конвульсиях.

Кейт вскочила на ноги и метнулась за дверь, но тут чьи-то руки схватили ее. Она попыталась вырваться, но крепкие руки развернули ее вокруг оси.

Дэвид.

– Пошли, – бросил он и во весь дух побежал по коридору.

* * *В ушах у Дориана звенело, перед глазами плавали круги. Кто-то резко поднял его. Панель на противоположной стене взорвалась. Что происходит?

Он ощутил, как корабль тряхнуло.

Дав Дориану пощечину, Арес приподнял его подбородок.

– Соберись, Дориан. Янус активирует самоуничтожение. Надо убираться, – он поднял Слоуна и потащил из комнаты.

Уголком глаза Дориан заметил оставшегося там Шоу, бьющегося в муках. И схватился за косяк.

– Адам!

Арес потянул его прочь, и двустворчатые двери закрылись.

– Придется бросить. Не будь дураком, Дориан, – и потащил его по коридору.

Очередной взрыв поверг их на пол.

Подскочив, Дориан бросился обратно к комнате, где до сих пор кричал Шоу.

Схватив Слоуна за плечи, Арес припечатал его к стене.

– Я тебя не покину. Если ты его не бросишь, то погубишь и нас обоих, и всех остававшихся внизу. Выбирай, Дориан.

Дориан затряс головой. Его брат, единственный родной человек… Такое решение выше его сил.

Руки трясли его за плечи, снова шарахнули о стену.

– Выбирай!

Дориан почувствовал, что отворачивается от Шоу, от единственного на свете человека, к которому питал искреннюю привязанность. А потом они с Аресом бросились бежать. Очередной взрыв. Им ни за что не успеть.

* * *Янус ввел в корабль последние последовательности и отступил назад, глядя на дисплей, показывающий, как отсеки корабля взрываются, заполняясь вакуумом. Скоро громадный корабль превратится в обугленный остов.

Но она будет в безопасности.

Это единственное, что важно, – единственная причина его прибытия сюда, да и на все остальные из сотни планет.

Корабль снова содрогнулся. Скоро смерть придет за ним. Он наконец совершил это – отдал свою жизнь ради ее спасения, совершил то, чего страстно жаждал каждый день на протяжении тринадцати тысяч лет в той камере под Гибралтарским заливом.