Часодеи. Часовая башня

Захарра с усилием вытянула шею.

— Фея неплохо выглядит, — задумчиво произнесла она. К удивлению Василисы, ее личико немного омрачилось.

Василиса вдруг подумала, что, несмотря на обратные заверения подруги, той наверняка не хочется отдавать железный ключ Диане. Ведь в таком случае Астрагор может позвать Захарру обратно в Змиулан, раз ее роль в Часовом Круге станет не такой важной.

Издалека помахав друзьям рукой, Диана действительно направилась к ним, ведомая старшим Лазаревым.

— А вот и ваша подружка, — с улыбкой произнес отец Ника.

 — Берегите ее.

— Привет, — сказала Диана, улыбнувшись всем по очереди. Ее взгляд задержался на Василисе. — Я поеду с вами в Змиулан.

Опираясь на предложенную Ником руку, она легко запрыгнула в повозку и уселась посередине между девочками.

— Спасибо за все, — шепнула она, крепко обнимая Василису первой. — Я этого никогда не забуду.

— Да ерунда, — пробурчала та, донельзя смущенная. — Мы тебя спасли все вместе.

— Я знаю, — улыбнулась фея и заключила в крепкие объятия сначала Фэша, а потом и Ника.

У последнего от этого чуть не случился счастливый обморок.

Старший Лазарев вернулся к карете, больше ни с кем не поздоровавшись. А Нортон-старший дал сигнал к отправлению.

Из соседней повозки послышался смешок Марка, намеренно привлекавшего к себе внимание.

— Какая трогательная сцена! — язвительно заметил он. — Вернулась наша зачас…"

"К счастью, раздался долгий, продолжительный свист, заглушивший окончание фразы золотого ключника, — малевалы, как один, рванули в небеса, увлекая за собой повозки.

Некоторое время Василиса молча наблюдала за работой железных крыльев — в основном они планировали, изредка делая энергичные взмахи, сопровождающиеся лязгом и скрежетом. Ей захотелось узнать побольше о том, как именно работает механизм повозок, и девочка решила, что как-нибудь спросит об этом у Данилы или сама поищет в книгах.

Всю дорогу ребята расспрашивали Диану: кто ее зачасовал, что она чувствовала, когда спала. Но оказалось, что фея абсолютно ничего не помнила, — даже то, что она летела с Василисой над полем старочасов.

Диана призналась, что вроде бы ей постоянно снились приятные и легкие сны, яркие и красочные, но даже их она вспоминала смутно, обрывками.

Между тем, как только они пролетели над домами Астрограда и понеслись над лесом, началась снежная вьюга. Говорить стало невозможно, поэтому ребята потеплее закутались в свои дорожные накидки и всю дорогу молчали.