Буду покорной

– Ой, Димочка, как же нехорошо кидать взрослых дяденек, – протянул тот, которого он назвал Лисом. – Кидать и сбегать, оставив дома такое сокровище. Сиськи у нее манящие, друг мой. Такие манящие, что я тут слюной захлебываюсь. Едва держу себя в руках, чтоб не сорваться и не выебать твою девочку вместо тебя. Накинь пару десятков к сумме, я себе хоть шлюху сниму, чтобы душу отвести. Не могу глаз оторвать от твоей девки. И за что такому мудаку досталась такая сладость? – Я уперлась ладонями в стену, чтобы не рухнуть с дрожащих ног.

От страха подкашивались колени. Я, не моргая, смотрела в темные глаза этого Лиса, взглядом умоляя меня не трогать. Ну неужели у этого зверья нет женщин в семье и им совсем не жалко других? Неужели вместо сердца там в груди черная дыра? – Ладно, Димочка, буду прощаться, а то девочка твоя сейчас инфаркт схлопочет. Послезавтра. Максимум в полдень ты должен быть в офисе босса с полной суммой и парой десятков мне на сладкую куколку, похожую на твою. А то хрен аж пухнет от желания. Бывай.

Он потянулся и нажал на кнопку отбоя, а потом прикоснулся указательным пальцем к моему подбородку, заставив вздрогнуть. Провел по скуле, задумчиво следя за своими движениями.

– Такая сладкая, —пробормотал он, – а такому отребью досталась. Но если вдруг решишь попробовать нормального мужика, то позвони мне. – он достал откуда-то визитку, оттянул ворот моей толстовки и вставил карточку в ложбинку между моих грудей. – И запрись, а то мало ли кто войдет. Спокойной ночи, Никуля.

Они развернулись и вышли из квартиры, захлопнув за собой дверь. Я тут же кинулась вслед за ними, заперла оба замка и стекла по двери на пол. Как только задница коснулась прохладного кафеля, я завыла в голос.

Глава 23

Новые открытия и воскрешение чувств

Чтобы уснуть, мне пришлось второй раз в жизни принять снотворное. Глаза опухли от слез, а сердце так замедлило свой бег, что мне приходилось прикладывать ладонь к груди, чтобы убедиться, что я все еще жива. Я собиралась потратить этот вечер на подготовку проекта, а в итоге прорыдала, сидя в коридоре и терзая черную ленточку на коробке, которую мне дал Клим.

В другое время я бы уже давно открыла ее и посмотрела, что внутри, но в тот вечер мои мысли меньше всего занимал этот подарок.

Я проснулась от поцелуя в щеку.

– Просыпайся, малыш, я дома, – прозвучал над ухом голос Димы. Я буркнула что-то в ответ, не желая разлеплять веки, потому что уснула с таким трудом. – Никуш, просыпайся.