Буду покорной

Тогда мне казалось, что побыв твоей рабыней, я привыкну и рано или поздно чувства сойдут на нет. Но с тобой так не получается. Ты с каждым днем влюблял меня в себя все сильнее. Особенно когда я видела не только Доминанта, но и заботливого мужчину. Красивого, благородного, мужественного. В тебе столько всего, Клим, что не влюбиться просто невозможно. – Алана быстро вытерла влажные дорожки со щек. Она улыбалась сквозь слезы. – Поэтому и Ника полюбила. Я ненавижу ее, но понимаю как девушка. Перед тобой невозможно устоять.

Я встал из-за стола. Эта влюбленность, похоже, сидела гораздо глубже, чем я себе представлял.

– Алана, собери вещи. Я отвезу тебя домой, – произнес я, перемещаясь в кухонную зону.

Достал обезболивающее и проглотил, запив водой. Потом повернулся к обеденной зоне и замер. Алана сидела на пятках в позе сабы.

– Не гоните, Мастер, прошу, – всхлипнула она.

Я молча подошел к ней и погладил по голове.

– Прости, маленькая. Оно отболит, дай себе время.

– Не отболит, – упрямо ответила она, резко качнув головой и сбрасывая мою руку.

Алана подняла голову и посмотрела на меня.

– Не отболит. – она поднялась и встала напротив меня, задрав подбородок. – И у нее не отболит. И у тебя, вот посмотришь. Это сейчас ты кажешься себе таким сильным и всемогущим, Клим. Когда в этой квартире станет тихо после моего ухода, начнется настоящая агония.

Она развернулась и быстро прошагала в свою комнату, а я остался стоять, все еще держа в одной руке стакан. Я сжимал его так сильно, что стекло грозилось треснуть. Через полчаса Алана вышла из спальни, катя за собой два чемодана. Я уже успел набросить футболку и переодеться в джинсы, чтобы отвезти ее домой. Но, как только я сделал шаг к ней, Алана покачала головой.

– Я вызвала такси.

– Я сам могу отвезти тебя.

– Пусть все закончится здесь, Клим, – устало произнесла она, а потом отставила чемоданы и подошла ко мне. Встала на носочки и легонько коснулась губами моей щеки. – Это был лучший год в моей жизни. Спасибо.

– И тебе спасибо, – отозвался я хрипло. Несмотря на то, что эмоции Аланы меня не трогали, все же мы целый год прожили вместе и многое дали друг другу. Я обнял ее и прижал к себе.