Бросаешь мне вызов, Тихоня?

Вкус ее губ до сих пор ощущаю на губах. Она единственная телка, которую я готов облизать. И самое стременное, что она будит во мне желание уничтожать любого, кто захочет занять мое место. Помешательство, вот что это такое. Повернуло меня на ней. Хочу ее так, что мозг отключается.

— Она моя, — сам поражаюсь довольным вибрациям, которые откликаются в груди.

— Если была бы твоя, не согласилась бы на свидание со мной, — тонкий упрек. Принимается.

— Она моя, Герман, — увереннее и жестче. Внутри словно распрямляется пружина, что держала эти дни мои нервы в напряжении.

— Ты обидишь ее, — он тоже злится, желваками играет. — Демон, ты не про отношения, — словно заточкой по сердцу. — Сломаешь девчонку! — второй раз бьет. — Раяна чистая и открытая, не похожа на тех, кто сидит у вас на контрактах!

— У нас, Герман! Себя со счетов не сбрасывай, — не получится остаться белым, друг.

— Я готов отказаться и выплатить неустойку!

— Что и кому ты будешь выплачивать, меня не интересует. Мы говорим о Раяне, не лезь к ней.

— Она не против, Демон, — об этом я еще с ней поговорю!

— Я против, Герман! — меня начинает напрягать его упрямство. — Ты сейчас садишься в тачку и едешь в клуб, а я постараюсь доходчиво объяснить своей девушке, что ходить с другими мужиками на свидание — копать им могилы.

— Она хоть знает, что стала твоей девушкой? — ухмыляется друг, поправляя на переносице очки.

— Наверное, я не очень доходчиво объяснил. Исправлюсь, — меня подрывает усадить ее в машину, отвезти туда, где нам никто не помешает и объяснить, как опасно дразнить Демона.

— Обидишь ее, — становится серьезным, поддается вперед. — Заберу себе и не позволю лезть уже в наши отношения!

Что за х-ня! За стуки вторая пачку сигарет в порошок. Хотя лучше пачка, чем лицо Германа.

— Я отвезу Раяну в общежитие, а потом ты с ней созванивайся, договаривайся о встрече и выясняй отношения, — мужской правильный поступок.

— Дай мне две минуты, — не жду ответа, отталкиваюсь от капота, возвращаюсь в ресторан…

Глава 47

Раяна«Мысли материальны» — взорвалось в голове, когда я увидела Кайсынова в ресторане, куда меня пригласил Герман. Вчера я его ненавидела, злилась за то, что высадил и молча уехал.