Случайная связь

Вспоминаю слова сестры, что у Измайлова не всё гладко в семье и он ушёл из неё подростком. Интересно, это правда или слухи?

С минуту мы смотрим друг на друга, а потом я решаюсь ему признаться:

– У меня такое чувство, что мы с тобой давно знакомы. Будто я всё это время играла какую-то роль, жила не своей жизнью, а теперь сбросила маску, сижу в гримёрке перед зеркалом и смотрю на себя настоящую.

– Это принять как комплимент на мой счёт?

– Неужели тебе какой-то комплимент от малознакомой девушки повысит самооценку?"

"– Мне другое её поднимает.

– Это я до конца не вышла из образа. Притворяюсь.

– С-с... лавная из тебя актриса. – Паша расплывается в улыбке: – Очень правдоподобно играешь.

– Хотел обозвать ругательным словом?

– Нет, – невозмутимо отвечает он и переводит глаза на мою тарелку. – Ну и аппетит у тебя, лап. Ты неделю, что ли, ничего не ела?

– С тактичностью у тебя явно непорядок.

– Был бы непорядок, тогда бы я забрал у тебя еду, а так молча смотрю, как ты всё в одного снесла.

– Самой удивительно. Обычно я столько не ем.

Паша снова улыбается, а я поднимаюсь с кресла и собираю посуду со стола.

– Помочь? – спрашивает он.

Замираю с тарелками в руках и смотрю на Измайлова. Он выглядит серьёзным.

– Правда хочешь помочь?

– Угу.

Паша идёт за мной на кухню. Я открываю посудомойку, чтобы расставить тарелки, но он обнимает меня сзади.

– Я забыла уточнить, с чем ты хочешь мне помочь? – дразню, вжимаясь в него бёдрами.

– С этим.

Я остаюсь стоять в белье, блузке и чулках. Его руки гладят мои ноги.

– Можешь начинать притворяться. У нас впереди вся ночь, а потом я уеду, и придется объявить антракт. До моего возвращения.

Хочется выругаться и ударить его тарелкой по усмехающейся физиономии. В том, что Измайлов улыбается, я даже не сомневаюсь, хотя и не вижу его лица. Вот и откровенничай с людьми после такого!

Паша целует в шею, гладит меня везде.