Билеты в один конец

И даже его новое дело. Вместо адвокатуры он теперь помогает семейным парам с жильём. Нанял себе водителя и периодически ездит высматривать лакомые кусочки на побережье. Один из таких я получила в подарок на прошлый день рождения, правда, не у моря, а в горах – с потрясающим видом. И всё никак не соберусь с духом, чтобы начать там строить дом.

Тихо прикрыв за собой дверь спальни, выхожу на кухню готовить завтрак на всех. У Алисы сегодня важный день и отчётный концерт. Хочется, чтобы всё прошло по высшему разряду.

Ненадолго замираю у окна, где стоит букет пионов, вдыхаю запах свежести и ставлю вариться кофе. А сама почему-то навязчиво возвращаюсь воспоминаниями в дни на Мадейре. Открываю телефон, делаю снимок и отправляю Вике пышные пионы, которые сама вырастила. Мы сейчас редко переписываемся, но мне так нравится, когда она присылает в ответ кадры Паулины, их дочки с Диего. Надо же… все мои друзья и знакомые из прежней жизни остались где-то там, позади. А с появлением Влада пришли совершенно новые люди. И по содержанию в том числе.

Листаю снимки озорной егозы и чувствую укол разочарования. Наш сын или дочь с Владом никак не выберут нас родителями. Да я уже и не обращаю внимания на месячные, которые, словно в насмешку, постоянно с задержкой, а потом оказывается, что ничего… пусто. Конечно, гоню мысли о том, что после родов мне там что-то повредили, что я бесплодна. Да и анализы в норме. Но… беременность не наступает. И ведь это о чём-то говорит? О нашей несовместимости с Тарановым? Но разве это возможно? Когда люди так любят друг друга?

Иногда мне кажется, что мы две половины чего-то цельного.

Настолько мне близки все его мысли, чувства, запах, движения. Ничего в нем не раздражает. Кроме одной вещи. Я не одобряю эту затею со Швейцарией, которую он не оставляет, а ещё, оказывается, вписал в пункт завещания, чтобы его кремировали и прах отдали Сколару. Вспоминаю эти строчки и мурашки ужаса ползут по коже. Я такую истерику Демьяну закатила… Еле сдержалась, чтобы Владу разнос не устроить. Потому что не понимаю, как можно так цинично относиться к единственному, что у тебя есть? Зачем эти пункты вообще прописывать?"

"Сварив кофе, сажусь почитать новое дело, за которое взялась, чтобы перестать думать об этой ненавистной мне Швейцарии. Но погрузиться в работу не выходит.

Алиса просыпается и, схватив смычок, бежит на улицу. Разыгрывает партию, которую сегодня будет играть на концерте. И я уверена: займёт первое место. Сомнений нет.