Белый шиповник

Кто там был, девочка или мальчик? И все по его вине, но он не виноват! Но как, как теперь оправдаться, как объяснить Наде, что он не покидал ее, что его загнали в угол, но он не подлец, не предавал их любовь! Вот теперь на небесах он и расскажет ей все, как было.

А как было? После расплаты с шантажистом, он решил просить денег у Лидии, обежать всех знакомых, наделать долгов, но выкупить драгоценности как можно скорее. Лидию он долго прождал, но так и не дождался, вернулся домой и был ошарашен сообщением о приходе «мамаши».

Взлетел к себе наверх, но там никого не оказалось. И ничего в кармане сюртука! Там лежал бесценный дневник, он не уничтожил его, так как все же надеялся подвергнуть его тщательной экспертизе у знающих людей, при соблюдении конфиденциальности. И если это подлог или можно изобразить, что подлог, тогда он из-под земли достанет этого наглеца Христианова, и не сносить тому головы! Слишком легко далась ему такая добыча, как князь Верховский!

Не бывать этому!

Но дневник лекаря исчез! Без сомнения, его похитила Лидия! Теперь он в ее руках! Надо ее догнать и употребить все средства, чтобы вернуть похищенное!

И князь как безумный ринулся за женой.

Но тут его ожидала неудача. Лидия в великой спешке, ну точно как ее несостоявшийся жених, съехала с квартиры, приказав прислуге вещи выслать вслед за ней. Он шел как пес по следу, но, увы, перехватить ее не смог. Они встретились только в Петербурге, в собственном доме.

Верховский не написал бедной Наде ни слова: он и не предполагал, что в погоне за похитительницей ему придется забежать так далеко.

Он рассчитывал тотчас же вернуться. Как только выяснит, что ненавистная супруга собирается делать с дневником. И каков был его ужас, когда узнал. Главное условие сохранения страшной тайны – это неприкосновенность их брака! Но не просто формальная, как было прежде, а подавай ей истинный союз души и тела!

– Но я ненавижу тебя! Ты погубила меня! – кричал Верховский. – Неужели ты надеешься, что мы заживем, как голубки?

– А что, князь, вы ночью удавите меня подушкой? Так я не боюсь! Если со мной беда какая случится, бумажки будут преданы огласке надежным человеком! Так что в ваших интересах холить меня и лелеять, сдувать пылинки и смотреть в рот!

– Но я погубил девушку, чистую, невинную!

Я обобрал ее, оставил без средств к жизни!

– Ай, ай, как нехорошо! Но горю можно помочь! Надобно выслать ей денег и написать письмо.

А что написать, сами придумайте, – цинично-равнодушно изрекла княгиня.