Белый шиповник

Верховский с трудом удерживал себя, чтобы не вцепиться в ненавистную физиономию. Была купчихой, купчихой и осталась! Ничего к ней не пристало за эти годы.

– Вот, стало быть, в чем причина! Лидия Матвеевна замуж собрались за «порядочного человека»! – Евгений попытался передразнить интонации жены. – Что ж, Бог в помощь! Я препятствий чинить не стану, давай обсудим все; но только спокойно, без оскорблений! Как звать счастливца и кто таков?

– Не вашего круга, не аристократического.

Христианов Ростислав Еремеевич, отставной капитан, в боях ранен.

– Постой, постой, в каких боях, войны-то, поди, уж как двадцать лет никакой нету? – удивился Верховский.

Лидия замолчала потому, что на это обстоятельство из жизни бравого вояки действительно не обратила никакого внимания.

– Имение есть небольшое, в Курской губернии. Замуж зовет, любит, не чета тебе, искренне! – последнюю фразу Лидия произнесла с особым удовольствием.

– А из себя каков? – полюбопытствовал князь, затягиваясь папиросой, – его явно забавлял этот странный разговор.

 – Неужто краше меня!

– Ну, краше вас только ясно солнышко! – съязвила княгиня. – А по мне так хорош. Впрочем, увидитесь, вероятно. Я тебя представлю! – добавила она гордо.

– Помилуй Бог! Уволь меня от подобного знакомства. Верю тебе на слово, что твой новый супруг в тысячу раз достойней меня! Поэтому давай уж, без дальнейшего промедления, обсудим, как поступить далее, учтя обоюдные интересы."

"Они долго толковали, обсуждая детали развода, периодически переходя на крик и взаимную брань.

Но дело двигалось потихоньку. Княгиня все поглядывала на часы, ожидая визита Христианова, но тот куда-то пропал. Наконец, вымотанный беседой, Евгений распростился с Лидией и двинулся в обратный путь. На улице он сел в экипаж и назвал вознице адрес. Кучер отвез его и почему-то вернулся обратно к дому, где проживала Лидия. Как только он остановился, к коляске быстро подошел невысокий человек, и кучер сообщил ему адрес предыдущего седока, за что тотчас же получил монету.

Глава семнадцатая

Вечером того же дня Верховский получил записку престранного содержания:

«Милостивый государь! Я располагаю некой конфиденциальной информацией, которая для вас может оказаться важной до чрезвычайности. Полагаю, что Вам, по меньшей мере, неразумно отказываться от нашей встречи. Я буду ждать Вас…»

Князь не поверил собственным глазам, пробежав глазами строчки.