Белый шиповник

Удивление, радость, слезы, смех – и они будут прощены! Господи, дай мечте сбыться! А пока… Пока опять дурно, опять выворачивает наизнанку, и нет мочи переносить эти страдания!

Опять приезжал доктор и велел гулять потихоньку. Оглядев Надю, доктор покачал головой, она сильно прибавила в весе. Надя и сама с неудовольствием замечала, как безобразно расползлось лицо и тело. Зная, что и без того Господь не расщедрился на ее внешность, бедняжка расстраивалась не на шутку, боясь, что потеряет привлекательность в глазах князя.

– Это смешно, Наденька! Твои страхи происходят от плохого самочувствия, вспомни, как объяснял мсье Семуньи. Все это временно, все пройдет, ты станешь прежней, и моя любовь к тебе не угаснет никогда! – князь пытался успокоить возлюбленную.

Однако отчасти опасения Нади имели под собой некоторое основание. Конечно, Верховский продолжал ее любить, он не сомневался в этом.

Но прежняя вольная жизнь не могла научить его быть отцом и мужем. Будущий ребенок внушал скорее страх, нежели радость.

Крики, болезни, бессонные ночи, горшки, пеленки и бутылочки – все это вызывало у него брезгливую дрожь. Как они будут существовать, а главное – на что?! Доселе безбедная жизнь князя оплачивалась его глупой толстухой женой.

И даже теперь, живя с Надей, Верховский тратил деньги Лидии. Но, если грянет развод, надо искать источник существования. Вот вопрос вопросов! Мысль о финансах терзала Евгения уже не первую неделю.

Он послал депешу тетке и получил от нее некоторое вспомоществование, но возросли расходы на лечение, а дальше?

Дальше даже страшно было подумать. Выходило, что надобно, перед тем как развестись с ненавистной супружницей, хорошенько вытрясти ее кошелек, а потом придумается все само собой!"

"Князь старался не посвящать Надю в эти проблемы, но она сама как-то заговорила о неприятном. Выслушав Евгения, она спокойно пожала плечами и рассказала ему о драгоценностях, которые хранила в укромном уголочке.

Верховский догадывался, что Надя убежала не с пустыми руками, но, пытаясь быть благородным, не смел спрашивать ее о таких деликатных материях. Она извлекла драгоценности, и Евгений вздохнул с тайным облегчением. Конечно, это не решение проблемы, но уже какой-то шанс! Правда, он многократно поклялся и ей и себе, что прибегнет к продаже или залогу украшений только в самом крайнем, абсолютно безвыходном положении.