Баннерет

— Да уж, — я хмыкнул и приобнял её за талию, — Как говорилось в одной старой книжке: вечно в дороге и вечно без денег. Я тоже хотел бы взять перерыв. Хотя бы на месяц. Но пока мы не можем позволить себе такую роскошь. Остаётся только надеяться, что однажды у нас получится разорвать этот порочный круг. Однажды мы сможем перестать убегать, повернёмся к нашим врагам лицом и вломим им так, что после они десять раз подумают, прежде чем решат снова с нами связаться. А пока… — я хотел было добавить, что нам нужно подкопить силы, вооружиться, узнать ответы на накопившиеся вопросы.

Но не успел. Айлин внезапно отстранилась. Спрыгнула с приступочки и покосилась на приводящих себя в порядок караванщиков, подмигнула мне и сказала,

— А пока эти двое копаются, мы можем пойти и нарвать себе яблок на дорожку. Уверена, хозяин сада будет совсем не против. А эта клоунская каска, — она покрутила шапель в руках, — Вполне заменит нам корзину.

* * *— Эй вон они! Парни, давайте сюда! — крик, раздавшийся откуда-то из-за деревьев заставил нас вздрогнуть.

Я передал Айлин шапель, в которой лежали крупные красные яблоки, и вытащил из ножен меч. По гнилому урочищу мы кружили уже битый час. Перелезали через буреломы, петляли между воронками и бочагами (заболоченные места со стоячей водой), продирались сквозь густые заросли подлеска. И за всё это время мы не встретили ни единой живой души. Потому услышать человеческий голос именно сейчас было особенно тревожно.

— Точно? — раздался чей-то смутно знакомый хриплый голос.

— Да чтоб я сдох! — над завалом впереди показалось улыбающееся лицо Арвеля, — Командир, твою то мать.

Мы уже тебя похоронить успели. А ты гляди-ка, из могилы прям выполз.

— Не спеши радоваться, — на завал взобрался Бернард и вытащил из ножен меч, — Это может быть обманка. Эй вы. А ну стоять. Бросить оружие, живо!

Вслед за ним на завал выбрались и остальные ребята. Тоже с обнажёнными клинками."

"Я пожал плечами. Спрятал меч в ножны. Достал из-за пояса кинжал. Снял с левой руки рукавицу и с сомнением посмотрел на свою ладонь.

Не хотелось бы её резать, ну да делать нечего. До свадьбы, как говорится, заживёт. Особенно если получится выцыганить у Вернона отвар с кровоцветом.

Я аккуратно полоснул лезвием по ладони и высоко поднял руку, демонстрируя всем присутствующим, что с меня течёт самая настоящая кровь, а не сыпется пыль. Бернард несколько мгновений сверлил мою ладонь взглядом, похоже, надеясь прожечь в ней дыру, а затем опустил меч и широко улыбнулся.