Баннерет

Частокол придётся штурмовать, так что они нам ой как пригодятся. Вам всё ясно?

В ответ десятники дружно закивали, а затем принялись выкрикивать имена тех, кому сейчас предстояло отправиться в деревню. Впрочем, работа с планом атаки была ещё не закончена.

— Я возьму пяток ребят и зайду этим засранцам с тыла, — Бернард тоже присел на корточки и ткнул пальцем в импровизированную карту, — С южной стороны. Возьму тех, что поопытнее. Скорее всего все они отвлекутся на ваше наступление, так что нам не составит труда перебраться через южную стену и навести шороха в рядах противника.

— Добро, — кивнул я, — Ну что? За работу?

— Погоди, — хмыкнул Бернард, поднимаясь обратно на ноги, — Ты кое о чём забыл.

— И о чём-же, — я тоже встал и недоумённо посмотрел на сержанта.

— Парней надо бы подбодрить, — хмыкнул он, — Для многих из них это первый бой. Сам небось ещё помнишь, как у тебя перед первым сражением поджилки тряслись.

Я попытался вспомнить свои ощущения перед первым боем. По правде сказать, поджилки у меня тогда вовсе не тряслись.

Я просто не успел сообразить, что происходит, а когда пошла рубка думать на эту тему и тем более пугаться уже было попросту некуда. Скрутило меня потом. После боя. Когда появилась возможность рассмотреть, что именно мы сделали с бандитами, и подумать о том, что они могли сделать с нами. Но Бернард прав. Речь всё-таки придётся толкнуть. И сочинить при этом что-нибудь поумнее, чем «идём сражаться за всё хорошее, против всей фигни». Как-никак не в мире инфантильных розовых единорогов, блюющих радугой, живём.

Я повернулся к своим бойцам. Молча прошёлся вдоль строя, заглядывая каждому из бойцов в глаза. У большинства там были непонимание. Страх. И ожидание. И лишь у нескольких, которые путешествовали с нами от самого Деммерворта. Хреново. С таким настроем мы много не навоюем. Чтож… Будем исправлять ситуацию."

"— Парни, — я вышел чуть вперёд, чтобы меня могли видеть все, и повернулся к строю, окинул всех испытующим взглядом и продолжил, — Для многих из вас это будет первый бой.

Сразу могу сказать — из него вернутся не все. Не все — живыми. И далеко не все целыми и невредимыми. Так что если у кого-то из вас вдруг возникло желание сложить оружие — сделайте это сейчас. Верните своё жалование обратно в казну отряда, сдайте клинки и броню в арсенал, и можете быть свободны. Ну как, желающие есть?

Никто не пошевелился. Все внимательно смотрели на меня и ждали, что я скажу.

— Что ж, отлично.