Баба Люба, давай!

Попаданка смотрела в окно, маленькими глоточками отпивая чай, и размышляла. Был ли это сон или она действительно видела прошлое? Или, может, думы о предложении ведьм навеяли такую фантазию? Люба склонялась к тому, что это было на самом деле. Слишком реально, слишком много подробностей.

— Ирчи… — вслух вспомнила попаданка имя крысы из сна.

Люба решила потом спросить у наставницы о том, была ли у Гелларии крыса в качестве фамильяра. Но, если все произошло на самом деле, что это значит?

Часы показывали три ночи, спать совершенно не хотелось, хотя попаданка понимала, что это необходимо.

При жизни на Земле Любовь Игоревна страдала бессонницей. Чтобы лучше спать, каждый день по вечерам она устраивала длительные прогулки. Правда, с возрастом все больше стали беспокоить ноги и спина, и от прогулок пришлось отказаться. Но тут проблема возраста не стояла.

Вильена тепло оделась и вышла в парк. Вдохнув прохладный влажный воздух, девушка улыбнулась.

Дочь Любови Игоревны занималась скалолазанием. Однажды, когда дочка собиралась в очередной поход, Любе приснился сон о том, что парень из их группы срывается со скалы. «Пусть зеленый карабин не берет! Он сломался,» — сказала она дочери, когда проснулась. Оказалось, что зеленый карабин действительно был неисправен.

Иногда Люба не помнила сны, но знала, что с человеком случится что-то плохое.

Если предположить, что способности у неё были всегда, а в другом мире они обострились, то снилось ей реальное прошлое. Снилось, видимо, потому, что Люба подсознательно думала о том, что Оника могла не рассказать всей правды.

Размышляя о снах, Вильена медленно шла по центральной аллее, как вдруг почувствовала чей-то внимательный взгляд. Она медленно обернулась, но никого не заметила. «Может, это Ворон?» — подумала девушка и осмотрела ветки деревьев. Однако, в сгустившейся тьме рассмотреть черную птицу было нереально.

Попаданка перешла на магическое зрение, но и тут её ждало фиаско. Взгляд никуда не делся, наоборот, теперь её рассматривали с увеличивающимся интересом.