Асфиксия

Она глаза опустила и снова треклятую фольгу сминать начала. Странно всё это. Напрочь странно. И жажда эта моя непонятная, и то, как мы с Тоней диалог ведём. И явно ведь не один я это ощущаю.

– Ладно. Ванная по коридору до упора. Спальня – слева от неё.

Сказал, и сам почувствовал облегчение. Проще будет, если сейчас она уйдёт, потом я её отымею и пока мы разойдёмся. Потому что не в своей тарелке себя ощущаю, как будто не со мной всё это происходит. Она ушла, а я себе ещё вина налил, чтобы приглушить всё, что чувствую.

"

"Пока в ванной плескалась, я в окно смотрел. Всегда любил наблюдать за копошением людским на улицах города, потому и коттедж наш с Ленкой уныние часто навевал. Космополитом я был до мозга костей. Всё это успокаивало – и как парень с собакой огромной на площадке гулял, и как машины беспрерывным потоком по проспекту лились. И мысли выстраивать помогало в чётком порядке.

Сейчас мне это нужно было. Поразмышлять о том, что с этой моей потребностью в Тоне делать. Злился, что рядом она из-за денег, знал, что не обломилось бы мне ни черта, если бы в долги она не влезла.

Это не только по мужскому самолюбию било, но и вопросы порождало – не послала ли бы она меня на хер, если бы не бабло. И приходил к выводу – послала бы. Может, это меня и заводило?

Хотелось сейчас только удовлетворить её – жажду это. Трахнуть Тоню раз, другой, третий и свободу от отравы почувствовать. Но понимал – может не получиться. Потому что увяз с того самого момента, когда впервые страх её почувствовал.

Я же тогда втягивал его с жаждой через ноздри, впитывал в себя, пожирал, как самое изощрённое лакомство. Не думал никогда, что в женщине меня будет возбуждать то, насколько она меня боится.

Но ведь возбуждает.

Она вышла через несколько минут. Не торопилась возвращаться – я слышал это это из спальни. Как замерла, покинув ванную. Не знаю, что делала, но я просто ждал, понимая, что она рано или поздно снова окажется в одной комнате со мной.

Когда вошла, я не спешил оборачиваться.

Так и стоял, глядя в окно, заложив руки в карманы брюк, будто мне нужно было на месте оставаться. Слышал шаги лёгкие, а у самого зубы сводило от потребности Тоню увидеть и понять, что она никуда не делась. И когда развернулся, даже выдохнул, стиснув челюсти.

Она такой беззащитной показалась – без капли косметики, со влажными волосами. Глаза опустила, ждёт, что буду дальше делать, а я подходить не торопился, просто стоял и смотрел.