Звезда экрана

Усевшись за стол у окна и получив в руки чашку ароматного чаю, к которому прилагались булочки с корицей, которые Плевакина успела испечь с утра, я начала рассказывать о своих подозрениях и чувстве стыда, которое их сопровождает. Не было у меня повода не доверять Миронову. Ни малейшего.

Тамара Тимофеевна уселась напротив и внимательно слушала, грея руки о свою чашку с чаем.

– Девочка моя, ревность – это чувство, которое, так или иначе, возникает при недостатке внимания, любви, симпатии от любимого и очень уважаемого человека.

– Я не знаю, откуда это взялось, – призналась я. – Еще совсем недавно я была морально готова одна воспитывать ребенка.

– Лена, Лена. Ревность является феноменом очень сложной психологической природы. Никто не знает, откуда она берется, в какой момент вспыхнет и что явится триггером.

– И что мне делать? Я не могу опуститься до того, чтобы шпионить за близким мне человеком. Я не та женщина, которая будет обнюхивать его после возвращения из командировки, чтобы учуять запах духов, взламывать переписку в телефоне или проверять карманы. Но и бездействовать в ожидании того, что он открыто заявит мне, что полюбил другую, я не могу.

– Лена, для начала просто прими и изучи свои мысли. Вот каждый раз, когда тебе в голову приходит думка о том, что Виталий тебе изменяет, просто выдохни и обрати внимание, отражает ли она то, что есть на самом деле. Прими свои эмоции, позволь им быть. Ты имеешь на них право. Понимаешь?

Признаться, я не совсем понимала, что Плевакина хочет мне сказать.

– Неопределенность – часть любых отношений. Она всегда будет между вами.