Зов глубины

– Плохие новости, – озабоченно проговорил Эллард. – А что с другими станциями – кажется, на «Бентосе III» был аналогичный случай? Чем там дело кончилось?

– Роджерс пришлось отстранить Лауру – ей восемнадцать – от участия в программе, а теперь та решила всё бросить и пойти учиться на психолога.

– Не может быть!

– Эллард, в учёбе на психолога нет ничего зазорного. Моя средняя дочь Анна-Карлотта тоже поступила на психологический. – Коваляйнен вздохнул. – Меня беспокоит, что у нас это скоро тоже может начаться.

Бенедетте уже семнадцать. К другой напарнице Шола вряд ли привыкнет, а вы сами знаете, какую ценность она для нас представляет. Её способность находить марганцевые корки на большой глубине…

– Не думаю, что их команда распадётся. Кашалоты дышат воздухом и ныряют с поверхности в глубину – в крайнем случае Бенедетта сможет руководить Шолой сверху.

У Леона закружилась голова. «Он просто утратил способность дышать жидкостью». Он впервые об этом слышал – почему никто этого не знал? Джулиан, Билли, Том… Им никто не говорил о проблемах, с которыми столкнулись юные водолазы на других станциях!

Леон похолодел.

Ему тоже уже шестнадцать и недавно было труднее обычного вдыхать ПФУ. Нет-нет, вещество вязкое, а Луи по ошибке недостаточно его разбавил. Или Луи сказал это просто так, чтобы его успокоить? Хоть кто-нибудь на этой проклятой станции ещё говорит правду?!

– Время покажет, – вздохнул Эллард. – Насколько я знаю, помимо окси-скинов есть и другие экспериментальные разработки, и пока неизвестно, какая из них окажется наиболее перспективной.

ARAC ещё исследует наночастицы, способные поглощать кислород и выделять углекислый газ.

– Я об этом слышал. Респироциты. Если ввести их в большом количестве в кровь, теоретически можно пробыть под водой четыре часа без акваланга не дыша."

"У Леона в голове образовался хаос. Другие экспериментальные разработки? Наночастицы в крови? Он совсем запутался. Ясно одно: Люси не кашалот, с которым можно работать, находясь на поверхности: осьминоги живут на дне моря.

В худшем случае, если он больше не сможет пользоваться окси-скинами, им с Люси придётся плавать там, где не очень глубоко и можно нырять с обычным аквалангом. Но с «Бентоса II» ему придётся уйти – скорее всего, навсегда, и если он когда и увидит морские глубины, то лишь через толстое стекло иллюминатора.

Леону вдруг стало трудно дышать – на этот раз не из-за окси-скина или состава воды.