Злые клятвы

Его взгляд останавливается на мне, пока я делаю шаг за шагом к алтарю, где он ждет. Его темные глаза сжимают меня собственническим взглядом, его взгляд переполняется голодом, от которого по моей коже бегут мурашки, но возбуждение остается прямо под поверхностью.

Не привыкшая ходить на каблуках, не говоря уже о паре лабутена, я слегка покачиваюсь, поднимаясь на помост. Улыбаясь, он наклоняется и берет меня за руку, ведя меня на последнюю ступеньку. Лиззи выходит вперед, чтобы поправить мой шлейф, а я стою перед Кензо, моим мужем.

Музыка прекращается, и присутствующие занимают свои места, а священник выходит вперед. Кензо крепко держит меня за руки, без сомнения, потому, что он боится, что я сделаю еще одну попытку.

Кензо выглядит удивленным, когда Чиё приносит поднос для церемонии раздачи сакэ. Мы никогда не говорили о том, какие традиции он или его мама хотели бы преподнести во время церемонии. Помимо критики моего платья, Мегуми не сказала ни слова о каких-либо японских обычаях, которые она могла бы добавить, поэтому я поговорила с Чиё о том, что современные японские пары включают в свою одежду.

Церемония раздачи сакэ, также известная как сан-сан-кудо, является одной из них.

Перед нами лежит традиционный набор для сакэ с тремя чашками разного размера. Жених и невеста пьют сакэ из одной чашки, прочно объединяя их как мужа и жену. Каждый размер чашки символизирует определенный момент времени. Малый: прошлое, средний: настоящее, большой: будущее. Питьё из маленькой чашки символизирует то, что жених и невеста благодарны своим предкам, воспитавшим их, и прошлому, с которым они встретились.

Жених и невеста делают по три глотка из каждой чашки, передавая их взад и вперед, всего девять глотков, объединяя семьи.

— Ты можешь поцеловать свою невесту, — объявляет священник после того, как мы завершили церемонию сакэ.

Его губы мягкие, но требовательные. Нет недостатка в страсти, когда он обнимает меня, поглощая. Всего на один-единственный миг я забываю, что меня заставили выйти за него замуж. Что он похитил меня и надел мне на палец свое кольцо. Я забываю все, кроме нас, потому что в этот момент больше никого не существует.

Он не целует меня так, будто этот брак — деловая сделка.