Злые клятвы

Прижимаясь ближе, я кладу руку на его сердце, чувствуя равномерный пульс под своей ладонью.

— Тебе нужно поговорить с матерью.

Кензо рычит.

— Я поговорю.

— Скоро, — говорю я ему. — Прямо сейчас она — единственная связь, которая у тебя есть с Медузой. Если они вообще в этом участвуют. Это могла быть только она.

Я в этом очень сомневаюсь, но на данный момент мне становится уютно внутри.

Вздохнув, он проводит рукой по лицу. Он не брился с тех пор, как меня похитили, и эта загривка выглядит на нем сексуально.

— Обещаю, — шепчет он мне в волосы. — Я скоро ее увижу.

— Помни, — шепчу я ему в грудь, и мои глаза начинают закрываться. В последнее время я всегда устаю. — Мы в этом вместе. Ты не один.

— Я знаю, искра.

Я улыбаюсь прозвищу, которое мне полюбилось.

— Я люблю тебя, муж, — сонно шепчу я ему в грудь.

Кензо усмехается.

— Я тоже тебя люблю, жена.

ГЛАВА 31

Кензо

Прошло две недели с тех пор, как я нашел Эвелин обнаженной и окровавленной, спасающейся бегством посреди болота.

Виталий и Адриан стоят рядом со мной, пока я рассматриваю женщину, прикованную цепью к стене одной из моих комнат пыток. Щеки у нее желтовато-желтые, а кожа бледная. Она выглядит старой и сломанной. Слезы пятнают ее лицо. У нее покрасневшие глаза, а на лодыжках и запястьях глубокие инфицированные раны.

— Окаасан, — я выплюнул это слово. Она поднимает голову, чтобы посмотреть на меня, ее жесткие глаза пристально смотрят на меня. Они не обладают той властью, которую имели раньше. Не сейчас, когда она слаба и представляет собой лишь жалкую кучу дерьма и мочи.

— Ты не мой сын, — шипит она. — Так предать меня. Это не правильно.""ю

— Ты. Украла. Мою. Жену! — я бросаюсь вперед, рыча ей в лицо. — Моя жена! Ты пыталась продать ее за границу.

Глаза моей матери расширяются от ужаса.

— Ваш ребенок?

Я киваю.

Ее губы кривятся в усмешке, и она плюет мне под ноги.

— Ребенок, несущий в себе кровь убийцы.

И вот к чему все это сводится.

— Поэтому ты приказала убить отца? — спрашиваю я, сжимая челюсти и скрипя зубами.