Принадлежать им

— Поцелуй его, принцесса, — перед моими лицом появляется перевернутая картинка: жесткие пальцы, скользящие вверх и вниз по напряженному стволу. Они неведомым образом попадают в такт движениям Серого, и меня словно подбрасывает от желания сделать то, о чем просит Черный. Поцеловать.

Раскрываю шире рот, позволяя крупной головке скользнуть внутрь. Все глубже и глубже. Все сильнее и сильнее. Все быстрее и быстрее.

Я перестаю себя ощущать принцессой. Принцессы такого не делают… Наверно… Не позволяют с собой так… А я?

Но мне настолько хорошо сейчас, настолько жарко между ними двумя, что плевать уже, что делают и что позволяют себе принцессы…

Я выгибаюсь в руках своих разбойников, послушная их приказам и инструкциям.

И горю, горю, горю! Не сразу понимая, что рот мой свободен, что Серый вышел из меня, уступая место брату. Разницу между ними я улавливаю, потому что Черный больше. Но не больнее. Мне до такой степени жарко и хочется кончить, что я приподнимаюсь, цепляюсь за руки Черного, придерживающие меня на столешнице, чтоб не свалилась, а затем и вовсе сажусь так, чтоб обвить его бедра ногами.

Проникновение в этой позе — максимально острое, но мне все нравится!

Серый становится позади меня и мягко проводит ладонями по спине. Он уже удовлетворен, а я и не поняла, когда это случилось.

Я смотрю в глаза Черному, в его невероятно жесткое, хищное лицо, твердо сжатые губы, умираю от непонятной потребности…

А затем опытный Серый прижимает меня чуть крепче к брату, кусает в шею…

И я кончаю, разлетаюсь на куски буквально, бьюсь в их руках, то ли вырваться хочу, прекратить уже все это, то ли наоборот, чтоб сильнее, чтоб больнее, чтоб ярче!

Черный что-то шепчет, ловя мой кайф и добавляя его своим.

Серый просто гладит меня по спине и целует вдоль позвоночника, нежно-нежно, удивительно нежно для этого монстра…

А я… Я умираю в очередной раз.

Боже…

Как же я в таком состоянии на ноги встану?

Я вообще ходить смогу?

— Сможешь, — отвечает на мой невысказанный вопрос Серый, — ты же принцесса.

— Принцессы такого себе не позволяют… — бормочу я жалобно. И прячу горящее лицо на груди у Черного.

— А ты не просто принцесса, — спокойно отвечает Черный, мягко, одним длинным движением покидая мое тело. И это так пошло и стыдно, ох…

Но стыдно тут только мне, похоже.

Черный не выпускает меня, держит на руках, несет в ванную.

И договаривает по пути:

— Ты — наша принцесса. И ты себе можешь позволить все.